Рефераты

Эпоха великих географических открытий - (реферат)

Эпоха великих географических открытий - (реферат)

Дата добавления: март 2006г.

    Оглавление
    Введение 2
    Эпоха великих географических открытий 3
    Португальцы на пути в Индию 6
    Принц Энрике Мореплаватель: путь к владычеству на морях 6
    Падраны на берегах Южной Африки 7
    Путешествие Васко да Гамы 8
    Адмирал моря-океана 11
    Название для Нового Света 18
    В поисках Южной Земли 20
    Заглянуть за край света 27
    Великая Северная Экспедиция 29
    Антарктида 32
    Открытие Антарктиды 32
    Путешествия к Южному полюсу 34
    Заключение 37
    Хронологическая таблица 38
    Библиография 39
    Приложение 40
    Введение
    Земля помогает нам понять самих себя,
    как не помогут никакие книги. Ибо земля
    нам сопротивляется. Человек познаёт
    себя в борьбе с препятствиями.
    Антуан де Сент-Экзюпери. Планета людей

Я хотела бы рассказать о некоторых географических открытиях. Я выбрала именно эту тему, потому что мне кажется, что люди должны знать свою историю и хранить память о великих людях, которые её создали.

Эпоху великих географических открытий по праву отсчитывают с исследований, предпринятых португальскими мореплавателями. В своём реферате я рассказала об открытии морского пути в Индию, о проблемах, связанных с этим. Также я рассказала о путешествии Васко да Гамы, который и открыл этот путь, о его поражении и отплытии из Индии.

Одним из величайших географических открытий стало путешествие Колумба “к берегам Индии”на запад, через Атлантический океан. В результате этого путешествия был открыт новый материк–Новый Свет. В моём реферате рассказывается о путешествиях Колумба к берегам Америки и о человеке, в честь которого она была названа (Америго Веспуччи). Открытия этих людей принесли очень большую пользу для всего человечества. Кроме открытия Америки, очень важным событием стало открытие Австралии с её богатым чудесами природным миром. Очень долго мореплаватели разыскивали большой южный материк– “Terra Australis Incognita”. О ней ходило множество легенд, так что разочарование, принесённое открытием Австралии (по большей части пустынного материка) было настолько велико, что Ост-Индская компания отказалась от дальнейших исследований этого материка на много лет.

Кроме открытий, сделанных иностранцами, я рассказываю и о достижениях наших мореходов, таких, как исследование северных и северо-восточных берегов России, открытие пролива между Азией и Америкой. Но самым большим достижением российских мореплавателей оказалось открытие самого южного материка Земли–Антарктиды. После открытия Антарктиды начинаются её исследования, и, прежде всего, открытие Южного полюса, о котором я также рассказываю в своём реферате. В конце реферата я привожу хронологическую таблицу, в которой отражены открытия и исследования, приведённые здесь.

    Эпоха великих географических открытий

Географические открытия, которые заслуживают определения "великие", совершались на нашей планете во все исторические эпохи, с древности и до XX в. Но эпохой Великих географических открытий принято называть строго определенный исторический период. Его хронологические рамки отечественные историки и географы обычно ограничивают серединой или концом XV - серединой XVII вв. Ни одна другая эпоха не была столь насыщена географическими открытиями, никогда они не имели такого исключительного значения для судеб Европы и всего мира. Усилиями нескольких поколений мореплавателей и землепроходцев рубежи ойкумены были раздвинуты; мир словно засверкал новыми красками, предстал во всем своем великолепном разнообразии.

В рамках этой эпохи исследователи обычно выделяют два периода. - середина или конец XV –середина XVI вв. - период испанских и португальских открытий в Африке, Америке и Азии, включающий важнейшие плавания Колумба, Васко да Гамы и Магеллана; - середина XVI –середина XVII вв. период, основное содержание которого составили впечатляющие достижения русских землепроходцев на севере Азии, английские и французские открытия в Северной Америке, голландские открытия в Австралии и Океании. Имеются и другие точки зрения на хронологические рамки эпохи Великих географических открытий, ограничивающие ее серединой ХV - серединой XVI вв. или, напротив, включающие в нее и замечательные открытия XVIII в. В ходе Великих географических открытий европейские путешественники впервые дерзнули пересечь океаны (единственное исключение в средневековой Европе–викинги, но их достижения к XV в. были уже давно забыты). Но для того чтобы мореплаватели отважились оставить землю за кормой, человечеству пришлось сначала сделать множество разных изобретений: такие приборы, как компас и астролябия, без которых нельзя было проложить верный путь и определить широту; астрономические таблицы, позволявшие... определять долготу; географические карты, в раннем средневековье предельно схематичные, но постепенно становящиеся все более точными в деталях. Было необходимо книгопечатание, чтобы ускорить распространение сведений об изобретениях и открытиях; пушки и порох, чтобы сломить возможное сопротивление жителей вновь открытых земель, и многое, многое другое. А самое главное, был необходим (и был действительно создан) чудо-корабль, без которого открытия не могли быть совершены, – каравелла –быстрая, с легким ходом, маневренная, обладавшая удивительной способностью идти нужным курсом при любом направлении ветра, к тому же с небольшой командой, что позволяло взять на борт достаточно пищи и воды.

Большую роль сыграла в эпоху Великих географических открытий и получавшая все большее распространение идея шарообразности Земли; с нею была связана мысль о возможности западного морского пути в Индию через Атлантический океан. На первом этапе Великих географических открытий решающую роль сыграли Испания и Португалия, в силу ряда причин оказавшиеся раньше других стран готовыми к выполнению труднейших задач, выдвинутых временем. В течение нескольких десятков лет мореплаватели пиренейских стран открывают юго-восточный путь в страны Востока вокруг Африки и юго-западный–в обход Америки, в поисках западного пути открывают и исследуют огромный двойной материк– Америку.

Но к середине XVI в. пиренейские державы, удовлетворенные захваченными источниками богатств, постепенно отказываются от новых исследовательских плаваний, стремясь прежде всего сохранить за собой уже приобретенные земли. Им на смену приходят Англия и немного позже Голландия.

Эти страны уже достаточно сильны, чтобы начать добиваться своего места под солнцем, но еще не в состоянии вытеснить испанцев и португальцев с тех путей, которые ведут к источникам их богатств. Поэтому Англия и Голландия должны были искать новые маршруты из Европы в страны Востока: северо-западный– вокруг Северной Америки и северо-восточный –вокруг северного побережья Азии. Имея в виду оба этих варианта, мореплаватели исходили из верного предположения, что Азия и Америка разделены проливом, по которому можно попасть из Северного Ледовитого океана в Тихий. Путь к берегам Северной Америки проложил в 1497 г. генуэзец на английской службе Джон Кабот (Джованни Кабото). В экспедиции 1498 г. ,

осуществленной Каботом и его сыном Себастьяном, английские суда пересекли Атлантический океан и, достигнув североамериканского материка в районе острова Ньюфаундленд, прошли вдоль его восточного побережья далеко на юго-запад. Однако плавание оказалось убыточным (на пушные богатства страны моряки не обратили внимания). Поэтому англичане надолго остыли к исследованиям во вновь открытых землях, хотя Себастьян Кабот впоследствии еще дважды плавал к берегам Северной Америки.

В 20-е гг. XVI в. на поиски Северо-западного прохода устремились португальские, испанские и французские экспедиции, открывшие и нанесшие на карту многие тысячи километров атлантического побережья Северной Америки– от восточной оконечности полуострова Лабрадор до Флориды. В 1534 –1536 гг. француз Жак Бартье исследовал залив Святого Лаврентия и прошел по открытой им реке Святого Лаврентия до впадения в нее реки Оттавы. Плыть дальше не позволяли пороги, но от индейцев Бартъе узнал, что дальше к юго-западу находятся обширные водные пространства. Так европейцы впервые услышали о Великих американских озерах, открытых французами уже в XVII в. Местные жители– индейцы – часто называли свои поселки “канада”, и это слово, обозначавшее просто населенный пункт, стало позднее названием всей северной части Нового света– Канады. В последней четверти XVI в. инициативу в поисках Северо-западного прохода уверенно захватывает Англия. В 1576–1578 гг. три плавания в северных водах Америки совершил Мартин Фробишер, положивший начало открытию Баффиновой земли; залив у ее юго-восточной оконечности, ошибочно принятый Фробишером за пролив, и сейчас носит его имя. Несколько плаваний в северных водах совершил и Генри Гудзон, который в 1607 г. достиг немного западнее Шпицбергена рекордной отметки 80'23' северной широты, а в 1610–1611 гг. обогнул полуостров Лабрадор с севера и запада. Гудзон решил, что открыл вожделенный проход в Тихий океан; на самом деле он вошел в огромный залив, позднее названный Гудзоновым (как и пролив, отделяющий Лабрадор от Баффиновой земли). В позднейших экспедициях 10–30-х гг. XVII в. (Байлота и Баффина, Фокса, Джемса) были исследованы и нанесены на карту берега моря Баффина, западной части Гудзонова залива и южной части бассейна Фокс. Но после этого неуловимый Северо-западный проход был надолго забыт: лучшие полярные мореплаватели сошлись на том, что найти его невозможно. С середины XVI в. англичане, а вслед за ними голландцы, начали искать Северо-восточный проход. В ходе этих поисков англичанин Ричард Ченслор установил торговые отношения с Россией (1553–1554 гг. ), а Стивен Барроу, пользуясь указаниями русских поморов, достиг острова Вайгач. В 1594–1597 гг. три плавания в поисках Северо-восточного прохода совершил замечательный голландский полярный мореплаватель Виллем Баренц, но и ему не удалось продвинуться дальше Новой Земли. В XVII в. поиски Северо-восточного прохода, как и поиски Северо-западного, были признаны бесперспективными. Конец эпохи Великих географических открытий ознаменовался выдающимися плаваниями как на севере, так и на юге нашей планеты. В 1642–1644 гг. Абел Тасман делает решающие шаги в долгой эпопее открытия Австралии. А в 1648 г. Федот Попов и Семен Дежнев впервые прошли из Северного Ледовитого океана в Тихий, обогнув восточную оконечность Азии. Тем самым существование Северо-восточного прохода, который так долго искали мореплаватели разных стран Европы в XVI–начале XVII вв. , было доказано. Однако открытие Попова и Дежнева не получило известности, и в XVIII в. Витусу Берингу пришлось вторично решать ту же задачу.

Трудно переоценить значение Великих географических открытий в эпопее познания человеком земной поверхности. Были определены контуры всех обитаемых материков (кроме северных и северо-западных берегов Америки и восточного побережья Австралии), исследована большая часть земной поверхности; однако еще не изученными остались многие внутренние районы Америки, Африки, Азии и особенно Австралии. Великие открытия дали новый обширный материал для многих других областей знания–истории, этнографии, ботаники, зоологии. Именно в результате Великих географических открытий пришли в Европу столь привычные для нас сегодня картофель и томаты, кукуруза и табак.

Не менее важным было глубокое влияние открытий на социально-экономические процессы в Европе. Торговые пути неудержимо перемещались из Средиземноморья на просторы Атлантики. В результате одни государства приходили в упадок, и на авансцену истории выходили другие. Открытия связали между собой прежде изолированные континенты в единое целое: так рождался мировой рынок. Безжалостное ограбление колоний стало одним из важнейших рычагов для накопления богатств в наиболее развитых странах Европы, и в этой связи процесс развития капитализма в Европе неотделим от Великих географических открытий. Великие географические открытия произвели ошеломляющее впечатление на современников, которые прекрасно осознавали масштабы происходивших, событий. Факты опровергали представления всех авторитетов древности. Рухнула вера в непогрешимое совершенство античной мудрости. Перед европейцами открылись новые культурные горизонты. Обитатели вновь открытых земель жили совсем иначе, чем европейцы, и наиболее пытливые умы той эпохи перестали смотреть на европейские порядки как на единственно возможные и стали связывать с Новым Светом идеальное общественное устройство. Открывая мир, европейцы познавали себя. Португальцы на пути в Индию

    Принц Энрике Мореплаватель: путь к владычеству на морях

У истоков морского могущества Португалии находится замечательная фигура неутомимого вдохновителя и организатора морских путешествий принца Энрике (Генриха) Мореплавателя (1394–1460). В 1415 г. юношей он участвовал во взятии североафриканского порта Сеуты (с этого события как раз и принято отсчитывать начало морской экспансии Португалии). Узнав в этом городе, что отсюда проложены через Сахару караванные пути, в страны, богатые золотом, принц решил достичь их морским путем, отправляя корабли вдоль западного берега Африки. Всю свою жизнь он упорно стремился к этой цели. С 1420 г. он возглавлял могущественный португальский духовно-рыцарский Орден Христа и имел возможность использовать для своих исследований немалые ресурсы Ордена.

Хотя Энрике Мореплаватель не принимал личного участия ни в одной из многочисленных организованных им морских экспедиций и ступал на борт корабля лишь ради участия в военных походах в Северную Африку, свое почетное прозвище он получил по праву. С 1416 по 1460 г. многие десятки кораблей были посланы к островам Атлантики и к берегам Африки по его приказу и

В течение многих лет экспедиции были явно убыточными и продолжались исключительно благодаря энтузиазму принца. Мысль о возможности морского пути в Индию тогда еще не возникала.

Правда, к концу жизни принца, когда усилилось турецкое наступление на Европу, христианские державы в поисках союзников против ислама вспомнили о легендарном христианском царе-священнике Иоанне, который некогда в глубинах Азии разгромил мусульман в крупном сражении.

В основе этой легенды лежали реальные события XII в. Но к XV веку европейцам было уже определенно известно, что в Азии такого государства нет. И тогда они отождествили державу священника Иоанна с Эфиопией, которая действительно была христианской. Вот это мифическое царство пытались найти и принц Энрике, и его последователи.

А о морском пути в Индию заговорили еще позже, сравнительно незадолго до того, как он был проложен.

Сначала убыточные предприятия принца не пользовались в стране особой популярностью. Но затем ситуация изменилась. Пройдя сотни километров вдоль необитаемых берегов, португальцы неожиданно встретили местных жителей, да еще не привычные им берберские племена Северной Африки, а негров, которых до этого в Европе почти не знали. Первые захваченные в плен и обращенные в рабство негры были привезены в Португалию в 1441 г. , вызвав настоящую сенсацию. В последующие годы позорная и бесчеловечная охота за черными рабами стала главной целью многих португальских экспедиций. Рабов называли“черной слоновой костью”, работорговля приносила огромные доходы. Но она же оказалась и мощным стимулом для дальнейшего продвижения на юг. Местные жители быстро убедились в том, что появление португальцев грозит им гибелью. В ужасе они бежали от берегов в глубь континента, и португальцы в поисках рабов должны были плыть дальше. Вскоре было сделано еще одно открытие, удивительное для людей того времени. После бесконечной полосы пустынь португальцы открыли мыс, покрытый растительностью и названный ими Зеленым (ныне мыс Альмади). Стало ясно, что вопреки представлениям древних авторов жизнь возможна и в самой жаркой зоне. А десятилетием позже, в результате бури, отбросившей на запад от берегов Африки корабли венецианца Альвизе да Кадамосто, были открыты и острова Зеленого Мыса. В 1462 г. Педру ди Синтра, продвигаясь дальше на юг, увидел у самого берега высокие горы. В облаках, окутывавших вершины гор, гремел гром, напоминавший рев льва, и горы были названы Львиными–Сьерра-Леоне. Между тем береговая линия все более отклонялась к востоку. В Португалии это вызвало необоснованные надежды на близость Индийского океана; на самом деле португальцы достигли огромного Гвинейского залива, а до южной оконечности Африки оставалось пройти еще 8000 км.

Неутомимая деятельность принца Энрике начала приносить свои плоды. Туман неизвестности, скрывавший земли Западной Африки, постепенно рассеивался, исчезали страх и суеверия. Возникло новое поколение мореплавателей, которому были по силам все более сложные задачи.

    Падраны на берегах Южной Африки

0пасаясь конкуренции других государств, португальцы держали в тайне сведения, добытые экспедициями. Вывоз из Португалии карт с новыми данными был запрещен, разглашение сведений об открытиях каралось смертью. Такая практика была обычной в ту эпоху, и не только в Португалии. Трудно сказать, сколь многие важные открытия остались по этой причине неизвестны ни современникам, ни историкам более позднего времени.

В 1470 –1473 гг. португальцы открыли северное побережье Гвинейского залива. Названия, которые они дали этим местам (некоторые из них сохранились до наших дней), говорят сами за себя:

Берег Слоновой Кости, Золотой Берег, Невольничий Берег. Однако затем Португальцы испытали горькое разочарование: береговая линия опять повернула на юг.

Решающие успехи в продвижении португальцев вокруг Африки связаны с правлением короля Жоана II, считавшего новые открытия делом первостепенной важности. Дьогу Кан во время двух экспедиций открыл огромный участок западного берега Африки длиной более 2500 км. Он обнаружил устье великой африканской реки Конго и достиг Намибии.

Начиная с экспедиции Кана, португальцы устанавливали на важнейших достигнутых рубежах каменные столбы–падраны. Верхнюю часть столба составлял увенчанный крестом каменный куб с изображением герба и именем португальского короля с одной стороны и именем мореплавателя датой открытия–с другой. Падраны являлись великолепными ориентирами для будущих плаваний и одновременно подтверждали приоритет Португалии в открытии этих мест. Вместе с тем падраны были символом христианства и призывом обращению язычников. Некоторые падраны были найдены в Африке уже в ХХ в. и пополнили коллекции музеев.

Задача обойти с юга африканский континент и найти путь в Индию была поставлена перед экспедицией Бартоломеу Диаша, вышедшей в море августе 1487 г. Флотилия состояла из двух маленьких каравелл и большого грузового судна с пасами провианта и необходимым снаряжением для ремонта судов. Спустя четыре месяца после отплытия из Лиссабона Диаш достиг последнего из падранов, поставленных Каном, и двинулся дальше на юг. Начавшийся через некоторое время шторм отнес корабли далеко в открытый океан, берег исчез из виду. Затем шторм стих, и Диаш, полагая, что материк по-прежнему тянется с севера на юг, приказал плыть на восток, чтобы вновь подойти к берегу. Прошло несколько дней, а земля и не появлялась. Тогда Диаш повернул к северу, и вскоре стали видны горы на горизонте. Оказалось, что во время бури корабли прошли мимо поворота береговой линии к востоку. Повернув затем на восток, они едва не обошли континент с юга. Подойдя к берегу, корабли двинулись на восток. Но грузовое судно во время бури отстало, и не было возможности произвести необходимый ремонт каравелл. Уставшие от лишений экипажи грозили бунтом, требуя немедленного возвращения в Португалию.

Вынужденный принять это требование, Диаш добился от команды согласия на то, что еще два дня флотилия будет плыть на восток и лишь затем повернет назад. За это время им удалось достичь того места, где берег поворачивал к северу. Взору моряков открылся Индийский океан. На берегу был поставлен падран, и Диаш скрепя сердце двинулся в обратный путь. Через короткое время был открыт мыс, который во все времена восхищал моряков своей величавой красотой. Согласно преданию, Диаш назвал его Бурным, но закрепилось за ним название мыса Доброй Надежды–надежды на то, что морской путь в Индию вскоре будет открыт. В декабре 1488 г. корабли вернулись в Лиссабон.

Тщательно готовясь к решающему рывку в Индию вокруг Африки, король Жоан II одновременно с кораблями Диаша отправил на Восток и сухопутных разведчиков. Один из них, Перу ди Ковильян, притворившись купцом, достиг Индии и затем передал королю собранные сведения об этой стране. На обратном пути он проник в Эфиопию и вынужден был остаться там навсегда, оказавшись до конца жизни почетным пленником абиссинского короля. Подробный отчет Ковильяна о поездке в Индию использовался при подготовке инструкций для первой экспедиции португальца Васко да Гамы.

    Путешествие Васко да Гамы

Жоану II не суждено было самому завершить главное дело своей жизни, открыть морской путь в Индию. Но его преемник Мануэл I сразу же после восшествия на престол начал подготовку экспедиции. Короля подгоняли сведения об открытиях Колумба.

Специально для этого плавания были построены три корабля: флагманский "Сан-Габриэл", "Сан-Рафаэл", которым командовал старший брат Васко, Паулу да Гама, и“Берриу”. Как и в плавании Диаша, флотилию сопровождало транспортное судно с припасами. Корабли должны были вести лучшие кормчие Португалии. В составе экипажей трех кораблей в путь отправилось от 140 до 170 человек. Люди были подобраны очень тщательно, многие из них ранее уже участвовали в плаваниях к берегам Африки. Корабли были оснащены самыми совершенными навигационными приборами, в распоряжении мореплавателей были точные карты и вся новейшая информация о Западной Африке, Индии и Индийском океане. В составе экспедиции были переводчики, знавшие диалекты Западной Африки, а также арабский и еврейский языки.

8 июля 1497 г. весь Лиссабон собрался у пристани, чтобы проводить в путь своих героев. Печальным было прощание моряков с родными и близкими. Женщины покрыли головы черными платками, повсюду слышались плач и причитания. После завершения прощальной мессы были подняты якоря, и ветер понес корабли из устья реки Тежу в открытый океан.

Уже через неделю флотилия миновала Азорские острова и пошла дальше на юг. После недолгой остановки на островах Зеленого Мыса корабли взяли курс на юго-запад и отошли от берега почти на тысячу миль, чтобы избежать встречных ветров и течений у берегов Африки. Держа курс на юго-запад в сторону неизвестной еще тогда Бразилии и лишь затем повернув на юго-восток, Васко да Гама нашел не самый короткий, но самый быстрый и удобный для парусных судов путь от Лиссабона к мысу Доброй Надежды, который флотилия обогнула после четырех с половиной месяцев плавания.

16 декабря корабли прошли последний падран, установленный до них Диашем, и оказались в местах, где не бывал еще ни один европеец. Одна из провинций Южно-Африканской республики, у берегов которой моряки встретили Рождество, до настоящего времени сохранила данное ими название Натал (Наталь), что означает“Рождество”. Продолжив путь, португальцы достигли устья реки Замбези. Здесь флотилия вынуждена была задержаться для ремонта судов. Но моряков подстерегало еще одно страшное бедствие: началась цинга. У многих гноились и распухали десны так, что они не могли открыть рот. Люди умирали через несколько дней после начала болезни. Один из очевидцев с горечью писал, что они угасали, словно лампады, в которых выгорело все масло.

Лишь через месяц португальцы смогли возобновить плавание. Через несколько дней пути они увидели остров Мозамбик (он находится в Мозамбикском проливе, недалеко от берегов Африки). Здесь начинался совершенно новый мир, не похожий на известные португальцам районы западного и южного побережья Африки. В ату часть континента уже с Х11 в. проникали арабы. Здесь широко распространились ислам, арабский язык и обычаи. Арабы были опытными мореходами, их приборы и карты были зачастую более точными, чем у португальцев. Арабские лоцманы не знали себе равных.

Глава экспедиции быстро убедился, что арабские купцы – подлинные хозяева в городах восточного побережья Африки –будут для португальцев грозными противниками. В столь сложной обстановке ему необходимо было проявить выдержку, не допустить столкновений матросов с местными жителями, быть осторожным и дипломатичным в общении с местными правителями. Но именно этих качеств не хватало великому мореплавателю, он проявил вспыльчивость и бессмысленную жестокость, не сумел удержать под контролем действия экипажа. Чтобы добыть нужные сведения о городе Момбаса и о намерениях его правителя, Гама приказал пытать захваченных заложников. Так и не сумев нанять здесь лоцмана, португальцы отплыли дальше на север. Вскоре корабли достигли порта Малинди. Здесь португальцы нашли себе союзника в лице местного правителя, враждовавшего с Момбасой. С его помощью им удалось нанять одного из лучших арабских лоцманов и картографов, Ахмеда ибн Маджида, имя которого было известно далеко за пределами восточного побережья Африки. Теперь флотилию ничто не задерживало в Малинди, и 24 апреля 1498 г. португальцы повернули на северо-восток. Муссон надул паруса и понес корабли к берегам Индии. После пересечения экватора люди вновь увидели столь знакомые им созвездия Северного полушария. Через 23 дня пути лоцман привел корабли к западному побережью Индии немного к северу от порта Каликут. Позади остались тысячи миль пути, 11 месяцев утомительного плавания, напряженная борьба с грозной стихией, столкновения с африканцами и враждебные действия арабов. Десятки моряков погибли от болезней. Но те, кто выжил, имели полное право чувствовать себя победителями. Они достигли сказочной Индии, прошли до конца тот путь, который начали осваивать еще их деды и прадеды.

С достижением Индии задачи экспедиции отнюдь не были исчерпаны. Необходимо было установить торговые отношения с местными жителями, но атому всячески противились арабские купцы, не желавшие уступать свои монопольные позиции в посреднической торговле. “Черт вас подери, кто вас сюда принес? ” –таков был первый вопрос, с которым обратились к португальцам местные арабы. Правитель Каликута сначала испытывал сомнения, но высокомерие и вспыльчивость Васко да Гамы настроили его против пришельцев. К тому же в те времена установление торговых и дипломатических отношений обязательно сопровождалось обменом подарками, а то, что предложили португальцы (четыре красные шапки, ящик с шестью тазиками для мытья рук и некоторые другие подобные вещи), годилось для какого-нибудь африканского царька, но никак не для правителя богатого индийского княжества. В конце концов мусульмане напали на португальцев, те понесли потери и в спешке отплыли из Каликута.

Возвращение на родину было нелегким и заняло почти год. Нападения пиратов, бури, голод, цинга–все это вновь выпало на долю уставших моряков. В Португалию возвратились лишь два корабля из четырех, более половины матросов не вернулись к родным и близким. Такова была цена, заплаченная Португалией за величайшее свершение в ее истории.

Позже Васко да Гама вновь отплыл в Индию, где стал вице-королем португальских владений в этой стране. В Индии в 1524 г. он и умер. Необузданный нрав и холодная жестокость Васко да Гамы сильно подорвали репутацию этого незаурядного сына своего века. И все же именно талантам, знаниям и железной воле Васко да Гамы человечество обязано осуществлением одного из самых замечательных открытий того времени.

Результаты открытия морского пути в Индию вокруг Африки были огромны. С этого момента и до начала эксплуатации в 1869 г. Суэцкого канала основная торговля Европы со странами Южной и Восточной Азии шла не через Средиземное море, как прежде, а вокруг Африки. Португалия, получавшая теперь громадные прибыли, стала до, конца XVI в. сильнейшей морской державой Европы, а король Мануэл, в правление которого было сделано это открытие, был прозван современниками Мануэлом Счастливым. Монархи соседних стран завидовали ему и искали другие, собственные пути в страны Востока.

    Адмирал моря-океана

1477 г. Колумб совершил путешествие к берегам Англии и Ирландии, а позже побывал в крепости Сан-Жоржи-да-Мина на берегу Гвинейского залива; плавал он и к Азорским островам. В этих плаваниях Колумб приобрел необходимый опыт кораблевождения в открытом океане. В гаванях Лиссабона и Азорских островов он много беседовал со старыми моряками, расспрашивая их о ветрах, течениях, неведомых островах в океане. Наконец, он запоем читал, изучая все, что могло потребоваться для практических целей. Читал он очень внимательно: на полях принадлежавших ему книг, таких, как“Книга” Марко Поло или “Образ мира” Пьера де Айльи, сохранились сотни его пометок. Именно в Португалии у Колумба окончательно созрел его великий замысел – достичь Индии западным путем. И едва ли не все его действия в эти годы – плавания, чтение книг, вычерчивание карт, беседы с опытными моряками – были направлены на осуществление заветной мечты. В замысле Колумба верные предположения сочетались с ложными. Идея шарообразности Земли, известная уже в античности и во времена Колумба не вызывавшая особых сомнений у образованных людей, соседствовала с мыслью, что на земной поверхности единый массив суши существенно преобладает над единым океаном. А раз так, то плавание в Азию западным путем не только возможно, но и должно быть намного короче восточного. Но насколько короче? От ответа на этот вопрос зависела возможность или невозможность практического осуществления этой идеи. Выбрав среди имевшихся сведений наиболее его устраивавшие, Колумб“подправил”их (видимо, невольно) в нужную ему сторону и в итоге получил расстояние от Канарских островов до острова Сипанго (Японии), которое было в 3, 5 раза меньше подлинного. Такой переход, хотя и не имел прецедентов, все же не казался невозможным. И Колумб с фантастической анергией начал борьбу за осуществление своего замысла.

Проект был представлен португальскому королю Жоану 11. Тот передал его экспертной комиссии, которая в начале 1485 г. вынесла свое решение: замысел Колумба был отвергнут, видимо, по причине практической неосуществимости. Помимо чисто научных натяжек проекта, для знатоков вполне очевидных, свою роль в отказе сыграли и непомерные претензии генуэзца, запросившего в случае удачи намного больше, чем получали в подобных случаях португальские капитаны, и нежелание короля дробить силы в преддверии решающего рывка к Индии вокруг Африки.

Летом 1485 г. Колумб покинул Португалию, чтобы попытать счастья в соседней Испании. Унижения и бедность, чиновная волокита и странствия вслед за королевой Изабеллой и королем Фердинандом в ожидании аудиенций (ибо постоянной столицы в Испании тогда не было), отказы и новые обещания, в которые уже нелегко было поверить, –все это сполна выпало на долю мореплавателя. Семь долгих лет скитался настойчивый чужеземец по пыльным дорогам Испании, прежде чем добился своего; и эти годы ожидания, временами почти безнадежного, были, может быть, самыми тяжелыми в его и без того нелегкой жизни. Лишь к концу этого срока Колумбу благодаря удивительному умению убеждать в своей правоте удалось заручиться поддержкой влиятельных лиц, которые сдвинули дело с мертвой точки и уговорили королевскую чету принять проект. С Колумбом было заключено соглашение– “Капитуляция в Санта-Фе”. В случае успеха он должен был стать адмиралом, вице-королем и правителем всех открытых им земель, получать десятую часть всех доходов с них и, при условии оплаты восьмой части издержек на снаряжение экспедиции, восьмую часть прибылей от торговли. В случае неудачи Колумб не получал ничего. Таким образом, королевская чета, рискуя немногим, могла в случае успеха сделать невиданные приобретения.

Для плавания были быстро подобраны три подходящих корабля. Два из них – "Пинта" и "Нинья" –были каравеллами, а флагманский корабль "Санта-Мария" относился к так называемым“нао”, отличавшимся от каравелл большей грузоподъемностью, но менее быстроходным и маневренным. Сложнее обстояло дело с командами. Моряки порта Палос, где экспедиция готовилась к отплытию, не желали связываться с никому не известным чужаком. Позднее один из них вспоминал: “Над предприятием этим все насмехались, ибо считали, что дело сие невозможно и землю на западе найти нельзя". В конце концов Колумбу удалось сломить этот своеобразный саботаж и набрать необходимое число людей. Во главе экипажей встали кроме самого Колумба опытнейший капитан Мартин Алонсо Пинсон и его брат Висенте Яньес Пинсон, позже совершивший важные самостоятельные открытия у берегов Нового Света.

3 августа 1492 г. корабли покинули Палос и через неделю достигли Канарских островов, а 6 сентября отплыли дальше на запад. Мир, знакомый европейцам, остался за кормой. Впереди ждала неизвестность....

Колумбово решение пересечь Атлантику именно на широте Канарских островов оказалось замечательно точным: попутный ветер и течение быстро несли суда в нужном направлении. Более удобного пути на запад в этой части Атлантики не существует.

Первые две недели плавания прошли великолепно: спокойное море, устойчивый попутный ветер и полная уверенность всего экипажа в близости успеха. С 16 сентября появилось множество водорослей. Корабли приближались к Саргассову морю - громадной океанской "заводи", ограниченной со всех сторон мощными атлантическими течениями. Сначала водоросли обнадеживали, поскольку считались свидетельством близости земли, но со временем стали внушать суеверный страх. Тогда же было замечено отклонение стрелки компаса от севера, вследствие чего, как отметил Колумб в бортовом дневнике, “моряков охватили страх и печаль”. Но главное, что беспокоило матросов, –это устойчивые восточные ветры. Пошли разговоры о том, что вернуться в Испанию, пройдя такое огромное расстояние против ветра, будет попросту невозможно. Чтобы умерить недовольство, Колумб объявлял матросам пройденное за день расстояние несколько преуменьшенным, отмечая 'правильные цифры только в своем дневнике. 7 октября с кораблей было замечено множество птиц, летевших к юго- западу. Колумбу было известно, что португальцам случалось открывать острова, следуя за полетом птиц, и он повернул к юго-западу. Решение опять оказалось правильным: при сохранении прежнего курса корабли попали бы в мощную струю Гольфстрима, который мог помешать им достичь берегов Америки и унес бы их далеко на северо-восток, в открытый океан.

Несмотря на перемену курса, недовольство матросов стремительно нарастало. Согласно одному из свидетельств, моряки возмущались рискованными планами Колумба и были готовы сбросить настойчивого чужеземца в море. В эти трудные дни выдержка и мужество не покидали Колумба. Хотя его полномочия позволяли жестоко расправиться с бунтовщиками, однако он не пошел на эту крайнюю меру и сумел беседами и уговорами убедить матросов подождать с возвращением в Испанию еще три-четыре дня. Судьба великого замысла висела на волоске, но на третий день появились столь несомненные признаки близости земли, что никто уже не вспоминал о немедленном возвращении. Несмотря на наступавшую ночь и реальную угрозу напороться в темноте на прибрежные рифы, корабли стремительно неслись вперед. Тому, кто первым увидит землю, была обещана награда. Наконец– было это в два часа ночи 12 октября 1492 года – раздались выстрел, а затем крик матроса с “Пинты”, Родриго де Трианы: “Земля! Земля! ” На следующий день, найдя проход в рифах, Колумб торжественно высадился на первую открытую им землю. Будучи уверен, что достиг, подступов к Индии, он назвал сбежавшихся к месту высадки местных жителей индейцами, и это название закрепилось за обитателями всего континента вплоть до наших дней. Саму же землю– небольшой остров из числа Багамских – Колумб назвал Сан-Сальвадор – “Святой Спаситель”. В тот день встретились два мира, прежде и не подозревавшие о существовании друг друга. Корабли Колумба были посланцами Европы исхода Средневековья, когда в некоторых странах континента появились уже первые ростки капитализма. Европа мануфактур и пороха, книгопечатания и гуманизма, –но и Европа религиозного фанатизма и безудержной жажды наживы столкнулась с обществом, отставшим от нее в развитии на добрых три тысячи лет. Неудивительно, что пришельцы из Страны Восхода, приплывшие на огромных по сравнению с лодками островитян парусных кораблях, показались индейцам посланцами богов. В свою очередь европейцы увидели простодушных и благородных детей природы, живших словно в золотом веке. “Они приглашали нас разделить все, что у них было, и выказывали столько любви, словно хотели отдать нам свои сердца”, – писал Колумб.

От Сан-Сальвадора корабли двинулись на юго-запад. Колумб искал Японию, находившуюся, по его убеждению, совсем недалеко. Открыв по пути еще несколько островов из группы Багамских, Колумб вышел к острову Куба. Земля эта изумила мореплавателя своей красотой и показалась ему похожей на земной рай, но, увы, она была совершенно непохожа на Японию. Посольство, направленное в глубь острова, тоже не нашло ни крупных городов, ни жемчуга, ни крытых золотом храмов. Зато на обратном пути посланцы видели множество индейцев“с горящими головнями и травами, дым от которых они имели обыкновение вдыхать”. Так Европа впервые узнала о табаке. Пройдя вдоль северо-восточного берега Кубы, которую он счел выступом Азиатского материка, Колумб вышел к следующему большому острову, берега которого очаровали его. “Видя величие и красоту этого острова и его сходство с испанской землей”, он назвал его “Ла Исла Эспаньола” (“Испанский остров”), или сокращенно просто Эспаньола (ныне остров Гаити). Многочисленные хвалы, которые Колумб воздал Кубе, кажутся бледными в сравнении с теми словами, которые он нашел для Эспаньолы. Следуя вдоль ее северного берега, корабли миновали по левому борту будущее пиратское гнездо– остров Тортугу (буквально – “Черепаха”). Но в ночь на 25 декабря случилось несчастье: “Санта-Мария” в темноте напоролась на рифы, и спасти ее не удалось. Поскольку “Пинта”исчезла из поля зрения Колумба еще раньше, в его распоряжении осталась лишь маленькая“Нинья”, которая не могла вместить всех моряков. Нечего было и думать продолжать поиски, следовало немедленно возвращаться в Испанию. Из останков погибшего флагмана на Эспаньоле был сооружен форт, в котором осталось 39 моряков. Колумб на“Нинье” взял курс на восток и вскоре неожиданно встретился с “Пинтой”, в течение трех недель плававшей самостоятельно. Две каравеллы повернули на северо-восток и более двух недель шли преимущественно в этом направлении. Затем Колумб повернул к востоку.

Выбор маршрута обратного пути еще раз показал замечательные способности Колумба как мореплавателя. Ему вновь удалось использовать попутные течения, а на центральном отрезке пути–еще и благоприятные направления ветров. Однако самые страшные испытания ждали экспедицию на последних этапах ее долгого пути. У Азорских островов "Пинта" и "Нинья" попали в непогоду–стояла зима, которая потом вошла в историю как одна из самых холодных и свирепых. В тот год потерпели крушение сотни судов, в Лиссабоне штормы месяцами не давали кораблям выйти в море. 12 февраля корабли попали в бурю, через два дня они потеряли друг друга из виду. Большую опасность представлял недостаток балласта (специального груза для правильной осадки корабля); эту проблему Колумб решил, наполнив при первой возможности порожние бочки морской водой. Между тем буря усиливалась, и Колумб всерьез опасался, что каравеллы погибнут, и Европа так и не узнает о его великом открытии.

Страницы: 1, 2


© 2010 БИБЛИОТЕКА РЕФЕРАТЫ