Рефераты

Проблема мотивации в различных психологических теориях

Проблема мотивации в различных психологических теориях

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РФ

ЧЕРЕПОВЕЦКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИНСТИТУТ ПЕДАГОГИКИ И ПСИХОЛОГИИ

КАФЕДРА ПСИХОЛОГИИ

КУРСОВАЯ РАБОТА

ПО общей ПСИХОЛОГИИ

тЕМА: «проблема мотивации в различных психологических теориях»

ВЫПОЛНИЛА: СТУДЕНТКА

ГРУППЫ 4-ПС-22

САПОЖНИКОВА Е.С.

РУКОВОДИТЕЛЬ:

малышева е. ю.

ЧЕРЕПОВЕЦ

2003

Содержание.

Введение

Глава I. Понятие мотивации, её механизм и структура

в психике человека.

1. Понятие и сущность мотивации

2. Стадиальность мотивационного процесса

3. Индивидуальные особенности мотивации

Глава II. Различные теории мотивации в психологии

1. Представление о мотивах в психоанализе

2. Теория человеческой мотивации А. Г. Маслоу

Глава III.Методики исследования мотивационной сферы

3.1 Оценка самоактуализации

3.2 Оценка энергофизиологической совместимости с брачным партнёром

3.3 Диагностика состояния агрессии (тест Басса-Дарки)

Заключение

Список используемой литературы

Введение.

Целостная теория личности должна объяснять, почему люди поступают так,

а не иначе. Концепции мотивации, или другими словами, процессуальные

аспекты функционирования индивидуума, фокусируются на динамических,

изменяющихся особенностях поведения человека. Вот примерный тип вопросов,

относящихся к этому второму компоненту теории личности: «Почему люди ставят

перед собой те или иные цели и стремятся их достигать?», «Какие

специфические мотивы заставляют человека действовать, и направляют его

поступки?»

На эти вопросы мы пытаемся ответить, объясняя поведение окружающих

нас людей в процессе взаимодействия, при помощи ответов на эти вопросы

руководители стараются эффективно строить управление людьми на предприятиях

и в организациях, эти вопросы люди задают сами себе, анализируя свое

поведение в конкретной ситуации и свою жизнь в целом. Актуальность данной

темы заключается в том, что, поняв механизм формирования мотивационной

сферы человека, мы сможем целенаправленно влиять при помощи воспитательных

воздействий на становление мотивации наших детей; руководители смогут

эффективно управлять персоналом, повышая производительность предприятия при

помощи мотивирования своих сотрудников; получив представление о том, что же

такое мотивация и каковы наши истинные мотивы, каков собственно механизм

мотивации, мы сможем эффективнее распоряжаться собственной жизнью,

адекватно воспринимать не только окружающих нас людей, но и всю ситуацию

взаимодействия, наслаждаться настоящим, прислушиваясь к своим потребностям

и желаниям, строить планы на будущее, опираясь на свои истинные мотивы.

Мотивация – это сложный психологический феномен, вызывающий множество

споров в среде психологов, придерживающихся различных психологических

концепций. [11, 42] Поэтому целью нашей работы явилось рассмотрение

различных психологических теорий мотивации, существующих в настоящее время,

отражение различных подходов к самому изучению мотивов. Также мы попытались

раскрыть саму сущность мотивации, её структуру, механизмы мотивационных

процессов, индивидуальные особенности мотивационной сферы человека. Другой

важной задачей нашей работы стало практическое применение психологических

знаний о мотивации в повседневной жизни. В частности, подобрать несколько

наиболее оптимальных методик исследования мотивационной сферы и

направленности личности.

Чтобы более полно осветить данную проблему, мы обратились к различным

теориям мотивации человека, пытаясь вобрать наиболее прогрессивные

направления в исследованиях. В некоторых теориях высказывается

предположение, что все личностные процессы – от сексуальной разрядки до

чувства юмора – происходят от попыток индивидуума уменьшить напряжение. Так

называемая редукционистская модель мотивации, первоначально описанная

Фрейдом, предполагает, что физиологические (биогенные) потребности индивида

создают напряжение, и это заставляет его искать разрядки путем

удовлетворения данных потребностей. Многие виды жизненных основных

потребностей, такие как голод, жажда, потребность во сне, в половых

отношениях, укладываются в объяснение мотивации человека с позиции редукции

напряжения. В противоположность редукционистским, другие теории делают

основной упор на стремлении человека овладевать окружающей средой и на

жажду получения нового опыта с целью наслаждения. Приверженцы этой точки

зрения утверждают: по мере того как человек взрослеет, его поведение все

чаще направляется на приобретение навыков и умений в основном для того,

чтобы повысить его компетентность или эффективно взаимодействовать с

окружением, и все реже его поведение бывает направленно исключительно на

уменьшение напряжения.

Конечно, мы не должны ограничиваться редукционистской моделью

мотивации человека. Маслоу, выдающийся теоретик в области мотивации,

полагал, что в какие-то моменты индивидуумом движет дефицит потребности и

тогда он стремиться уменьшить напряжение. В другое время его ведут за собой

возрастающие потребности, и тогда он стремиться усилить напряжение,

пользуясь этим как средством реализовать свой личностный потенциал. Хотя

подобный обобщенный взгляд и кажется правдоподобным, все же большинство

теоретиков склоняются к использованию одной из этих двух моделей при

объяснении мотивации поведения человека, мы же в своей работе пытались

учесть все грани научной мысли по данному вопросу.

Глава I. Понятие мотивации, её механизм и структура

в психике человека.

1.1 Понятие и сущность мотивации

Термин «мотив» – русифицированное французское слово «motif», в

буквальном смысле слова обозначает «побуждение», или от латинского слова

«moveo» – двигаю.

Впервые слово “мотивация” употребил А. Шопенгауэр в статье “Четыре

принципа достаточной причины” (1900-1910). Затем этот термин прочно вошел в

психологический обиход для объяснения причин поведения человека и животных.

[11, 53]

Большая Советская Энциклопедия приводит следующее определение данному

понятию: «Мотив в психологии – побудительная причина действий и поступков

человека. Исходным побуждением человека к деятельности являются его

стремления удовлетворить свои материальные и духовные потребности».

Попытаемся на доступном уровне, не вдаваясь в глубины

нейрофизиологии, проследить основу механизма мотивации в психике человека.

В лабораторных условиях проводились опыты над животными, в которых пытались

выявить, при помощи раздражения электрическим током отдельных участков коры

головного мозга, те участки мозга, воздействие на которые, приводило бы к

активизации поведения животного на удовлетворение своих биологических

потребностей.

С помощью прямого раздражения мозга электрическим током, через

заранее вживленные электроды, были найдены структуры, ответственные за

эмоции, потребности и действия. В результате подобного рода исследований

было обнаружено, что потребности (жажда, голод и т.п.), эмоции (ярость,

страх и т.д.) и действие, как сложно организованные целенаправленные

двигательные акты, репрезентированы в Головном мозгу тесно связанными между

собой, но самостоятельными нервными образованиями. Мотивационные и

подкрепляющие (эмоционально положительные) системы разделены в мозге, хотя

при самостимуляции наблюдается их одновременное возбуждение. Таким образом,

существует различие механизмов потребностей и эмоций (о чем так же

свидетельствует и фармологический анализ), хотя полный комплекс

морфофизиологической организации поведения включает в себя помимо

потребности и мотивации также и эмоции. [10, 46]

Слабое раздражение током приводит к поисковому беспокойству.

Происходит актуализация потребности. Система структур, необходимых и

достаточных для актуализации потребности более проста, содержит в себе

меньшее число компонентов. Усиление интенсивности тока ведет к началу

действия у мотивированного животного. Это происходит воздействие на

систему, обеспечивающую целенаправленное мотивирование животного.

Дальнейшее усиление тока ведет к активизации структур эмоционально

положительного подкрепления и животное переходит к самораздражению, то есть

произошло подключение и нервного аппарата эмоций.

Этот опыт показывает не только тесную взаимосвязь между

структурами, отвечающими за активизацию потребности и эмоционального фона

удовлетворения этой потребности, но и то, а это наиболее важно для нас в

данной работе, что мотивация, как сложная структура, представлена в коре

головного мозга самостоятельным нервным образованием. [10, 52]

Рассмотрим теперь структуру возникновения потребности и её

актуализацию через действие, ведущее к её удовлетворению, то есть как

происходит мотивация человека посредством следующей схемы: нужда –

потребность – действие.

Нужда, как свойство жизни, является не усматриваемым, а реальным

онтологическим состоянием организма, выражающим необходимость определенных

изменений для своего носителя, а не для наблюдателя, то есть она всегда

«нужда» для себя, а не только «нужда» для другого.

Компонент нужды – благо – это то, в чем организм нуждается, и

что способно эту нужду устранить.

Но не все нужды живого организма способны привести его в состояние

активности, направленной на их устранение. Для того, чтобы нужда была

способной вызвать какие бы то ни было активные процессы, должны

существовать специальные механизмы, способные эту нужду обнаружить до того,

как наступают необратимые разрушительные ее последствия, то есть организм

должен быть оснащен средствами выявления нужды. Также организм должен быть

оснащен еще и механизмами, способными обеспечивать его необходимыми

благами.

Потребность – представляет собой такую нужду живого организма, в

отношении которой он вооружен специальными механизмами ее обнаружения и

устранения. То есть потребность – это не только нужда, но и определенный

закрепившийся (в фило-, и онтогенезе) способ ее удовлетворения. [4, 13]

Собственно потребность – это всегда потребность в чем-то, что на

психологическом уровне потребности опосредованы психическим отражением, и

при том двояко. С одной стороны предметы, отвечающие потребностям субъекта,

выступают перед ним своими объективными сигнальными признаками. С другой

стороны – сигнализируются, чувственно отражаются субъектом и сами

потребностные состояния, в простейших случаях – в результате действия

интероцептивных раздражителей. При этом важнейшее изменение,

характеризующее переход на психологический уровень, состоит в возникновении

подвижных связей потребностей с отвечающими им предметами. Дело в том, что

в самом потребностном состоянии субъекта предмет, который способен

удовлетворить потребность, жестко «не записан». До своего первого

удовлетворения потребность «не знает» своего предмета, он еще должен быть

обнаружен. Только в результате такого обнаружения потребность приобретает

свою предметность, а воспринимаемый предмет – свою побудительную и

направляющую деятельность функции, то есть становится мотивом.

Следует различать два аспекта вопроса о «первичности» и «вторичности»

биологических и духовных потребностей: аспект временной последовательности

их оформления как относительно самостоятельных в филогенезе и онтогенезе и

аспект их структурно-функционального взаимоотношения. В первом аспекте

биологические потребности действительно первичны: духовные окончательно

оформляются несколько позже. Но зато во втором, наоборот, духовные

потребности являются первичными, поскольку выполняют важнейшую

смыслообразующую функцию человеческого сознания в регулировании поведения,

в управлении потребностями (в том числе и биологическими), создавая при

определенных условиях принципиальную возможность предпочесть духовные

высшие потребности биологическим, пожертвовать последними и даже жизнью

ради той из высших потребностей, которую человек считает смыслом своей

жизни. [2, 87]

И духовные, и биологические потребности имеют как минимальный, жизненно

необходимый для человека уровень удовлетворения, так и более высокие,

жизненно не необходимые, например «эстетические», уровни. Последние

являются, так сказать, роскошью для человека, они возникают только при

наиболее благоприятных обстоятельствах жизни. Но было бы неверным считать,

что человек может позволить удовлетворение духовных потребностей только

после значительного или полного удовлетворения биологических. В минимальной

степени те и другие, по-видимому, являются совершенно необходимыми для

существования человека. Но их содержательная роль, их функция в жизни

человека и в его деятельности совершенно различны. Те и другие одинаково

важны в конечном счете, в масштабе всей жизнедеятельности человека, но в

зависимости от конкретных обстоятельств, от ситуации эти потенциально

одинаково существенные потребности актуально могут проявляться совершенно

по-разному: в одних случаях духовные отодвигаются на задний план, уступая

место биологическим, в других — биологические уступают место духовным,

причем это может наблюдаться не только в узких ситуативных рамках, но и в

более широких масштабах жизнедеятельности, на протяжении длительного

времени.

Неправомерно также умозаключение по аналогии следующего вида: поскольку

общественно-экономические факторы являются первичными по отношению к

духовным, то и материально-биологические потребности являются первичными и

определяющими по отношению к духовным. В этой формулировке принижается

регулирующая роль человеческого сознания.

Целеполагание, такая способность организма активно преследовать цели

средствами гибкого приспособления к ситуации, стала возможной благодаря

наличию плана предвосхищаемого будущего, так как иначе, чем в этом плане,

цель (в строгом смысле слова) просто не может быть задана.

Таким образом, мотивационный аспект психического отражения касается

движущих сил и содержательной направленности психических процессов.

Возникновение целей – есть основной феномен мотивации. [2, 89]

Генетически исходным для человеческой деятельности является

несовпадение мотивов и целей. Напротив, их совпадение есть вторичное

явление: либо результат приобретения целью самостоятельно побудительной

силы, либо результат осознания мотивов, превращающего их в мотивы-цели.

В отличие от целей, мотивы актуально не осознаются субъектом:

когда мы совершаем те или иные действия, то в этот момент мы обычно не

отдаем себе отчета в мотивах, которые их побуждают. (Правда, нам не трудно

привести их мотивировку, но она вовсе не всегда содержит в себе указание

на их действительный мотив).

Мотивы, однако, не отделены от сознания. Даже когда мотивы не

сознаются, то есть когда человек не отдает себе отчета в том, что побуждает

совершать его те или иные действия, они все же находят свое психическое

отражение, но особой форме – в форме эмоциональной окраски действий. Эта

эмоциональная окраска, интенсивность, ее знак и ее качественная

характеристика выполняет специфическую функцию, что и требует различать

понятие эмоции и понятие личностного смысла. Их несовпадение не является,

однако, изначальным: по-видимому, на более низких уровнях предметы

потребности как раз непосредственно «метятся» эмоцией. Несовпадение это

возникает лишь в результате происходящего в ходе развития человеческой

деятельности раздвоения функций мотивов. [2, 95]

Такое раздвоение возникает вследствие того, что деятельность необходимо

становится полимотивированной, т. е. одновременно отвечающей двум или

нескольким мотивам. Ведь действия человека объективно всегда реализуют

некоторую совокупность отношений: к предметному миру, к окружающим людям, к

обществу, к самому себе. Так, трудовая деятельность общественно

мотивирована, но она управляется и такими мотивами, как, скажем,

материальное вознаграждение. Оба эти мотива хотя и сосуществуют, но лежат

как бы в разных плоскостях.

Таким образом, одни мотивы, побуждая деятельность, вместе с тем придают ей

личностный смысл; мы будем называть их смыс-лообразующими мотивами. Другие,

сосуществующие с ними, выполняя роль побудительных факторов (положительных

или отрицательных) — порой остро эмоциональных, аффективных, — лишены

смыслообразующей функции; мы будем условно называть такие мотивы мотивами-

стимулами. [2, 102]

Итак, мотивационная структура человека представлена в коре головного

мозга отдельным нервным образованием. Она имеет сложную структуру и

двойственную природу. С одной стороны, выделяют биологические потребности,

с другой – социальные. Совокупность этих двух уровней и составляет,

собственно, мотивационную сферу человека. Структура мотивации человека

имеет сложную систему, которая характеризуется иерархической

соподчиненностью, полимотивированным характером, поливолентностью мотивов

по отношению к потребностям и взаимозаменяемостью. Она складывается под

влиянием как внутренних, так и внешних факторов. И в целом, мотивационная

сфера индивида определяет общую направленность личности.

1.2. Стадиальность мотивационного процесса

На необходимость стадиального (поэтапного) рассмотрения мотивационного

процесса, хотя и с разных позиций, указывали многие исследователи. Близки к

этому и представления психологов, например, с точки зрения которых

образование цели может носить характер развернутого во времени процесса.

Стадиальную модель принятия морального решения разработал С. Шварц.

Ценность его модели состоит в тщательном рассмотрении оценки: ситуации,

приводящей к возникновению желания помочь другому человеку, своих

возможностей, последствий для себя и для нуждающегося в помощи. Если стимул

не превратился в мотив, значит, он или “не понят” или “не принят”. Таким

образом, возможный вариант возникновения мотива можно представить следующим

образом: возникновение потребности — ее осознание — “встреча” потребности

со стимулом — трансформирование (обычно посредством стимула) потребности в

мотив и его осознание. В процессе возникновения мотива происходит оценка

различных сторон стимула (например, поощрения): значимость для данного

субъекта и для общества, справедливость и т. д. [1, 53]

Так, ощущение голода, жажды вызывает в сознании образ предмета,

который мог бы удовлетворить потребность; под влиянием этого образа

возникает импульс к действию (побуждение), которое соотносится человеком с

внешними условиями (ситуацией), а также с морально-психологическими

установками личности. Этот процесс соотнесения, осуществляемый с помощью

мышления (анализ условий, средств и путей решения задачи, учет

последствий), и приводит к постановке цели и определению плана действий.

А. А. Файзуллаев выделяет в мотивационном процессе четыре этапа.

Первый этап — возникновение и осознание побуждения. Полное осознание

побуждения включает в себя осознание предметного содержания побуждения

(какой предмет нужен), действия, результата и способов осуществления этого

действия. В качестве осознанного побуждения, отмечает автор, могут

выступать потребности, влечения, склонности и вообще любое явление

психической деятельности (образ, мысль, эмоция). При этом побудительный

аспект психического явления может и не осознаваться человеком, быть, как

пишет автор, в потенциальном (скорее — скрытом) состоянии. Однако

побуждение — это еще не мотив, и первым шагом к его формированию является

осознание побуждения. [1, 45]

А. А. Файзуллаев считает, что, для того чтобы говорить о мотиве, и

осознания побуждения недостаточно, хотя поведение может быть обусловлено и

одним осознанным побуждением. Такое ситуативное поведение часто приводит к

сожалению о содеянном, поскольку человек постфактум обнаруживает, что

мотивационные источники поступка были не совсем адекватны принятым

человеком ценностям и установкам.

Второй этап — это “принятие мотива”. Под этим несколько нелогичным

названием этапа (если до сих пор речь не могла идти о мотиве, то что же

можно принять? А если он уже был, на втором этапе речь должна идти о

принятии решения - “делать — не делать”) автор понимает внутреннее принятие

побуждения, т. е. идентификацию его с мотивационно-смысловыми образованиями

личности. Нелогичность названного этапа состоит в том, что если осознанное

побуждение не принято, то оно еще не мотив, а если мотив, тогда это уже

принятое побуждение.

Говоря другими словами, на втором этапе человек, сообразуясь со своими

нравственными принципами, ценностями и прочим, решает, насколько значима

возникшая потребность, влечение, стоит ли их удовлетворять. Неслучайно А.

А. Файзуллаев говорит о свойствах принятости или осмысленности данного

мотивационного образования. Мотив как единица рассматриваемой фазы процесса

мотивации приобретает не только побудительность, осознанность,

направленность, но и смыслообразующую функцию.

В принципе нельзя отказать автору в логичном выстраивании событий в

процессе мотивации. Но автор обходит стороной вопрос о том, каким же

является поведение, основанное только на осознанном побуждении (а не на

“принятом мотиве”), — мотивированным или немотивированным.

Мотивационный процесс, по А. А. Файзуллаеву, на втором этапе не

заканчивается. Третий этап — это реализация мотива, в течение которого в

зависимости от конкретных условий и способов реализации может измениться

психологическое содержание мотива. При этом мотив, как считает автор,

приобретает новые функции (удовлетворения, насыщения потребности,

интереса), что приводит к переходу к следующему этапу мотивации —

закреплению мотива, в результате чего он становится чертой характера.

Последний этап — актуализация потенциального побуждения, под которой

имеется в виду осознаваемое или неосознаваемое проявление соответствующей

черты характера в условиях внутренней или внешней необходимости, привычки

или желания. [1, 57]

А. Н. Зерниченко и Н. В. Гончаров выделяют в мотивации три стадии:

формирование мотива, достижение объекта потребности и удовлетворение

потребности. Если бы речь шла о мысленном осуществлении этих стадий, то с

авторами можно было бы и согласиться. Однако у них вторая и третья стадии

связаны с реальным действованием. Поэтому связывать саму исполнительскую

деятельность с процессом мотивации (точнее — принимать ее за мотивацию)

вряд ли справедливо. [1, 67]

В разработанной Д. В. Колосовым концепции потребностного поведения

понятие “мотивация”, по существу, не используется, вместо него автор

использует, с нашей точки зрения не очень удачно, понятие “мотивационное

поле”, функцией которого является в конечном итоге формирование мотива и

удовлетворение потребностей индивида. Мотивационное поле, как пишет автор,

это функциональный орган головного мозга, задачами которого являются

упорядочение потребностей и выбор оптимального способа достижения состояния

удовлетворения как конечной цели поведенческих реакций.

Формирование побуждения, направленного на удовлетворение потребностей,

проходит, по Д. В. Колосову, ряд последовательных стадий (зон).

Потребностное возбуждение сначала попадает в зону потребностных эталонов,

затем — в зону представительства потребностей, в зону обработки

потребностного возбуждения и зону формирования программы действий и на

конечном этапе — в зону (центры) подкрепления. [1, 82]

В зоне потребностных эталонов расположены ядра потребностей и модели

потребного результата. Последние имеют устойчивую (в подлинном смысле слова

эталонную) часть и часть динамичную, развивающуюся в ходе развития

потребностей.

В зоне представительства потребностей накапливается потребностное

возбуждение от ядер всех потребностей. Функцией этой зоны является, во-

первых, “переключение” чрезмерно накопившегося возбуждения одной

потребности на другую, получившую доступ к исполнительной системе. Как

считает автор, это чрезмерное удовлетворение одной потребности за счет

другой. Речь скорее должна идти о неадекватном способе разрядки возникшего

потребностного напряжения (“выпускание пара”, без удовлетворения самой

потребности) и о переключении на другую деятельность, чтобы “вытеснить”

неудовлетворение, разочарование от предыдущей. Во-вторых, функцией зоны

представительства является задержка потребностного возбуждения для его

последующей обработки в следующей зоне, так как последняя не должна

“захлебываться” от чрезмерности поступающего в нее возбуждения.

В зоне обработки потребностного возбуждения происходит конвергенция

потоков информации: потребностного возбуждения, поступающего из зоны

представительства потребностей; возбуждения, несущего информацию о

возможных предметах удовлетворения потребностей, возбуждения, несущего

информацию об условиях, сопутствующих успеху (на основании предыдущего

опыта). В данной зоне, пишет Д. В. Колесов, потребностное возбуждение

дважды конкретизируется, т. е. привязывается к реальности, согласуется с

ней — по предмету и по способу его достижения. Эта конкретизация, по мнению

автора, и есть процесс формирования мотива, а то, что в результате

получается, является собственно мотивом.

В четвертой зоне мотивационного поля — зоне формирования программы

действий — мотив трансформируется в исполнительную активность, в которую он

входит в качестве компонента. Когда программа действий полностью

сформирована, но непосредственного импульса к началу соответствующей

деятельности нет, то данное состояние, пишет автор, есть побуждение к

деятельности. Пусковая афферентация, сформировавшийся “пусковой” мотив

переводят его в актуальную деятельность.

Пятая зона мотивационного поля — центры подкрепления — взаимодействует

с тремя предыдущими, подкрепляя (усиливая или ослабляя) происходящие в них

процессы.

Ряд зарубежных психологов рассматривают стадиальность мотивационного

процесса в рамках гештальт-подхода. Речь идет о цикле контакта, сутью

которого является актуализация и удовлетворение потребности при

взаимодействии человека с внешней средой: доминирующая потребность

появляется на переднем плане сознания в качестве фигуры на фоне личного

опыта и, удовлетворенная, вновь растворяется в фоне. В этом процессе

выделяется до шести фаз: ощущение стимула — его осознание — возбуждение

(решение, возникновение побуждения) — начало действия — контакт с объектом

— отступление (возвращение к исходному состоянию). При этом отмеченные фазы

могут четко дифференцироваться или накладываться друг на друга.

Таким образом, каждый автор процесс мотивации рассматривает по-своему.

У одних — это структурно-психологический подход (А. Г. Ковалев, А. А.

Файзуллаев), у других — биологизированный функциональный, в значительной

степени рефлекторный подход (Д. В. Колосов), у третьих — гештальт-подход

(Ж.-М. Робин). Положительные моменты есть в каждом из них, но целостного

впечатления о процессе мотивации и этапах формирования мотива не возникает.

Стадии мотивации, их количество и внутреннее содержание во многом

зависят от вида стимулов, под влиянием которых начинает развертываться

процесс формирования намерения как конечного этапа мотивации. Стимулы могут

быть физическими — это внешние раздражители, сигналы и внутренние

(неприятные ощущения, исходящие от внутренних органов). Но стимулами могут

быть и требования, просьбы, чувство долга и прочие социальные факторы.

Могут влиять на характер мотивации и способы целеобразования. Например, О.

К. Тихомиров отмечает, что заданные (принятые человеком) и самостоятельно

сформированные (по желанию) цели различаются характером связи, образующейся

между целью и мотивом (потребностью): в первом случае связь формируется как

бы от цели к мотиву, а во втором — от потребности к цели. [3, 34]

1.3. Индивидуальные особенности мотивации

Процесс формирования мотива может иметь индивидуальные особенности в

зависимости от свойств личности. Так, например, психастеники предъявляют

необычайно высокие требования к своему моральному облику, поэтому у них в

формировании мотива непременное участие должен принимать такой мотиватор,

как нравственный контроль. У других же лиц такие проблемы не возникают, так

как при обосновании принимаемых решений они руководствуются иными

ценностями, например личной преданностью руководителю, начальнику. [3, 45]

Особенности личности вмешиваются в процесс формирования мотива на всех

этапах. Так, легкость возникновения потребности, ее интенсивность (сила)

зависят от индивидуальной “чувствительности” человека к стимулу

второсигнального воздействия (ситуации). Возникновение и переживание

состояний (обиды, злости и т. п.), приводящих к желанию применить ту или

иную форму агрессии, в значительной степени зависят от выраженности у

субъекта конфликтных черт личности: вспыльчивости, обидчивости,

нетерпимости к мнению других и т. п. Эти черты личности заставляют

воспринимать конфликтную или фрустрирующую ситуацию острее.

На стадии принятия решения сильное влияние на процесс мотивации могут

оказывать такие волевые качества, как решительность и смелость.

Нерешительность может затягивать принятие решения, а боязливость может

привести к отказу совершить то или иное действие. Высокая мотивация на

социальный успех (стремление к признанию, достижениям в значимой

деятельности, соперничеству) связана с уверенностью человека в собственном

обаянии, в привлекательности своей личности. При этом женщины высоко

оценивают свои деловые качества (практичность, организованность,

предприимчивость, предусмотрительность), а мужчины — качества, необходимые

общественному деятелю (интеллект, умение ладить с людьми, личное влияние).

[4, 22]

Стремящиеся к признанию наиболее высоко оценивают свои коммуникативные

качества (общительность, воспитанность, обаяние, умение ладить с людьми) и

частично — свойства социального интеллекта (юмор, проницательность). Эта

самооценка подкрепляется действительной выраженностью у этих субъектов

экстраверсии, манипулятивности и авантюристичности.

Субъекты с преобладанием мотива соперничества высоко оценивают свою

предприимчивость, волю. Они рассчитывают на свою энергию, напор,

доказательством чему является жесткость их поведения — доминантность и

агрессивность.

Те же, кто более всего стремится к достижениям в значимой

деятельности, склонны выделять свои деловые качества, такие, например, как

практичность, организованность, предприимчивость, воля,

предусмотрительность. Реально эти самооценки подкрепляются ответственностью

и деловой направленностью этих субъектов.

Таким образом, это хорошо иллюстрирует положение, что направленность

мотивации определяется теми или иными особенностями личности и их

самооценкой субъектом.

Имеет значение и развитие интеллекта. Как отмечает К.Обуховский,

легкость формирования мотива наблюдается, с одной стороны, у лиц с

примитивным мышлением, с другой — и у лиц высокой духовной культуры.

Утонченные интеллектуалы, привыкшие постоянно контролировать себя,

испытывают трудности в выборе целей и средств их достижения. Часто

формулирование цели становится для них невозможным, и поэтому они

характеризуются непоследовательностью действий, внезапностью порывов и

отказов от намеченного. [3, 53]

В связи с этим можно говорить о различных стилях мотивации. В

частности, к ним можно отнести выделенные В. Н. Азаровым стили

действования: импульсивный и управляемый (рефлексивно-волевой), которые в

значительной степени отражают особенности формирования мотива. Под

импульсивным стилем действования автор понимает склонность реализовывать

ситуативные тенденции при минимальном обдумывании вариантов и последствий

своих действий, а под рефлексивно-волевым — стиль, характеризующийся

выраженной регуляцией действий, опосредуемых развернутым анализом возможных

способов достижения цели. [3, 65]

Другими стилями мотивации могут быть особенности построения основания

поступка (мотива) с опорой на свои возможности, усилия или же на

обстоятельства, случай. Этот аспект мотивации рассмотрен Дж. Роттером в его

концепции о внешнем и внутреннем локусе контроля (внешнего и внутреннего

контроля подкрепления). При внутреннем локусе контроля речь идет об

убеждениях, касающихся собственной деятельности и того, насколько человек

собственными усилиями может добиться желаемого. Несмотря на то что такие

убеждения могут зависеть и от особенностей ситуации, Дж. Роттер указывает,

что одно и то же подкрепляющее событие (желательное последствие действия)

может вызывать у разных индивидов различные реакции.

В одном случае индивид считает, что достижение успеха зависит от него

самого, в другом — от внешних обстоятельств или случайности. Это

сказывается на уровне притязаний — индивиды с внутренним локусом контроля

чаще выбирают легкие задания, а при обосновании своих действий они

опираются чаще на потребность, чем на долженствование, лучше просчитывают

последствия и объект удовлетворения потребности.

Близка к концепции Дж. Роттера и концепция Р.Де Чармса, различающего

два типа личности: “самобытная” и “пешка”. Самобытная личность относится к

своим действиям как к свободным, самостоятельным (в смысле принятия

решения), “пешка” же видит себя как объект, подчиненный внешнему управлению

и принуждению. Правда, автор пишет, что это различие относительно: в одних

случаях, обстоятельствах индивид ощущает себя больше как самобытная

личность, а в других — больше пешкой. Этот личностный аспект — гораздо

более важный мотивационный фактор, чем реальные события, продолжает Р. Де

Чармс. Если личность ощущает себя “самобытной”, то для предсказания ее

поведения это имеет большую значимость, чем любой другой объективный

показатель принуждения. И напротив, если личность считает себя “пешкой”, то

ее поведение будет сильно зависеть от внешних факторов, хотя объективные

данные свидетельствуют о ее свободе. “Самобытному” индивиду присуще сильное

чувство личной причастности, ощущение, что локус сил, влияющих на его

Страницы: 1, 2


© 2010 БИБЛИОТЕКА РЕФЕРАТЫ