Рефераты

Возможность интеграции теорий на примере РЭПТ

(iВ) - это убеждения, которые, содержат в себе оценку и мешают

осуществлению целей человека, причиняя ему ненужную боль, страдания и

иногда даже приводя к безвременной смерти.

Обычно помогающие человеку гВ логичны и реалистичны, а вредящие ему iВ

- наоборот. Но это не всегда так! Например, как уже было сказано выше, за

таким нелогичным Убеждением, как: "Раз меня бросил любимый, значит, со мной

что-то не так", - может следовать абсолютно рациональное Убеждение: "Даже

если со мной что-то не так, я, скорее всего, найду кого-то, кто сможет

полюбить меня". А за нереалистичным Убеждением: "Раз меня отверг человек,

которого я люблю, значит, любой, кого я полюблю, тоже отвергнет меня", -

может следовать реалистичное Убеждение: "Даже если все, кого я полюблю,

отвергнут меня, я смогу быть счастливым и без любви".

Только определенные iВ - а именно требования к себе, окружающим людям и

миру - почти всегда вызывают тревожность, депрессию, ярость и презрение к

себе.

В когнитивно-бихевиоральных видах психотерапии, разработанных Беком

(Веck, 1976), Молтсби (Maultsby, 1984) и другими когнитивистами, большое

внимание уделяется разным нереалистичным и нелогичным умозаключениям и

предположениям, которые не соответствуют действительности и довольно легко

оспариваются психотерапевтами. Эллис также относит эти Убеждения к

категории иррациональных (iВ), но, согласно РЭТ, они не причиняли бы вреда,

если бы не опирались на безусловные и абсолютистские требования.

Давайте теперь затронем второй аспект. О том, что практика должна

соотноситься с теоретической частью и не выходить за её приделы. Причём

речь идёт не о жёстком регламентировании и ригидном ограничивании в рамках

одной теории, а о лабильном изменении теории с изменением в практике.

Возвращаясь к теоретической и практической части РЭТ можно с

уверенностью сказать, что практика РЭТ не только полностью отражает

теоретическую часть, как это и должно быть, но также не выходит за ее

приделы. С чем же это связанно, а ответ довольно прост, в теоретической РЭТ

есть все нужные компоненты. Что же касается практики, то она опирается на

три кита - это поведенческие техники, когнитивные техники и эмотивные

техники.

Когнитивные техники.

Когнитивные техники включают в себя работу с когнитивной частью

человека, его жизненной философией. Это такие техники как, научный опрос и

обсуждение. Основной когнитивной техникой оспаривания является техника

научного опроса. Консультанты требуют от своих клиентов использовать разум,

логику и факты при защите своих убеждений. Целью этого опроса является

объяснение клиентам, почему их иррациональные убеждения не выдерживают

критики.

Желательный когнитивный результат обсуждения определенных

иррациональных убеждений и их производных — это составление оптимального

набора предпочтительных убеждений или эффективных новых философий (Э),

связанных с каждым убеждением. Желательные эмоциональные и поведенческие

результаты должны быть получены на базе эффективных новых философий, и эти

результаты должны взаимодействовать с данными философиями.

Консультанты могут обсуждать с клиентами различные аспекты их

иррационального мышления. Например, с 24-летним программистом Роджером,

который боялся публичных выступлений, Эллис обсуждал вред самооценки; Эллис

рассматривал возможность безусловно принимать себя, независимо от того, как

прошло выступление, и от того, беспокоился ли Роджер из-за возможной

неудачи и демонстрации своей тревоги окружающим (Ellis, 1991е).

Эмотивные техники.

Эмотивные техники включают в себя работу с эмоциональный аспектом

человека, который проявляется в процессе эмоционального дискутирования, при

формировании рационально-эмотивных мысленных образов, безусловного

принятия, а также использования рациональной ролевой игры и даже юмора.

Энергичное (решительное) оспаривание могут применять и консультанты в

отношении клиентов, и клиенты в отношении самих себя (Ellis, 1993е). Так

как многие иррациональные убеждения подразумевают «горячие» когниции,

которые включают в себя сильно выраженный эмоциональный компонент,

требуется убедительное и решительное оспаривание. Консультантам часто

приходится аргументировать, убеждать, а также указывать клиентам на слабые,

нелогичные места в их убеждениях. Мягкого или не слишком энергичного

дискутирования может оказаться недостаточно.

Формирование рационально-эмотивных мысленных образов. Суть методики,

основывающейся на формировании рационально-эмотивных масленых образов,

заключается в следующем. Консультанты побуждают клиентов вообразить одну из

самых плохих бедственных ситуаций активизирующего события (А), которая

могла бы возникнуть в их жизни. Например, клиент может вообразить, что его

отверг человек, чье одобрение ему необходимо. Клиенты пытаются ярко и во

всех деталях представить какую-либо бедственную ситуацию, связанную с

возникновением множества проблем в жизни.

Затем консультанты побуждают клиентов представить нежелательное

отрицательное эмоциональное последствие (например, тревогу, депрессию,

гнев, ненависть или жалость к себе), вызванное данной бедственной ситуацией

(А), и постараться реально прочувствовать это последствие (П1). Клиенты

должны спонтанно чувствовать то, что они чувствуют, а не то, что они

предполагают чувствовать. Как только клиенты ощутят себя неадекватно

расстроенными в П1 , они должны удерживать это ощущение в течение одной-

двух минут. Затем, сохраняя ту же самую бедственную активизирующую ситуацию

(А) в воображении, клиенты должны начать работу, направленную на замещение

отрицательного ощущения чрезмерного расстройства заданным адекватным

отрицательным эмоциональным последствием (П2), таким как печаль,

разочарование, сожаление, фрустрация, раздражение или неудовольствие.

Для того чтобы сделать это, клиент должен постоянно повторять самому

себе как можно более убедительно одно и то же, произносить четко

сформулированные разумные, рациональные установки или помогающие справиться

с ситуацией утверждения.

Безусловное принятие. Исходное принятие консультантом клиентов как

личностей помогает клиентам чувствовать и думать, что их принимают,

несмотря на какие бы то ни было свойственные им отрицательные качества.

Использование юмора. Разумное использование юмора помогает сводить

иррациональные убеждения и пагубное поведение клиентов к нелепости.

Консультанты часто представляют в гротескном виде нервозные идеи клиентов и

используют «игру слов, шутки, иронию, причуды, эмоционально-вызывающий

язык, сленг, а иногда даже веселые непристойности...»

Использование рациональной ролевой игры. Эллис использует ролевую игру,

чтобы показать клиентам, каковы их ложные идеи и как они влияют на

отношения с другими людьми. Например, Роджер играя роль, с трудом

произносил монолог перед Эллисом и группой, к которой он присоединился в

дополнение к индивидуальным занятиям. Когда Роджер проявил тревогу в ходе

ролевой игры, Эллис остановил его, чтобы дать встревоженному клиенту

возможность спросить самого себя: «Что я говорю сейчас такого, что могло бы

заставить меня встревожиться? И что я могу сделать прямо сейчас, чтобы моя

тревога исчезла?»

Поведенческие техники.

Работа с техниками поведенческого направления помогают клиентам в

реальной жизни опробовать их утверждения. Они дают возможность проверить

так ли, на самом деле, реагируют на них люди, как они считали на протяжении

долго времени или даже всей жизни. Техники поведенческой части обучают

людей, а так же упражняют их рациональному поведению в сложных ситуациях.

Например, клиентов, которые имеют убеждения долженства, связанные с

необходимостью одобрения, и производные этих убеждений, такие как страх

отвержения, можно поощрить назначить кому-нибудь свидание или заставить

себя общаться. Одновременно клиенты должны убеждать себя в том, что

отвержение не ужасно, а только доставляет неудобства. Клиентам с

перфекционистскими убеждениями можно дать задание специально попробовать

плохо произнести публичную речь.

Упражнения, помогающие избавиться от чрезмерной стыдливости.

Эллис выдвинул гипотезу, согласно которой тревога Эго тесно связана с

чувствами стыда, вины, смущения и унижения. Следовательно, чем сильнее люди

противостоят иррациональным убеждениям, стоящим за этими чувствами, тем

ниже вероятность того, что они нарушат свое душевное равновесие. Клиентов

побуждают публично совершать такие действия, которые они расценивают как

особенно постыдные или смущающие. Например, клиенты могут громко требовать

остановить движение, находясь в лифтах, автобусах или поездах метро или

громко просить продать им имеющие отношение к сексу предметы в аптеках.

Цель этих упражнений — доказать, что данное поведение само по себе в

действительности не является постыдным и его можно осуществлять, ощущая

относительный комфорт и принимая себя. Кроме того, консультанты побуждают

клиентов бороться с чувством стыда посредством увеличения степени

самораскрытия тех своих сторон, которые клиенты воспринимают как постыдные

или которые, по их ощущению, другие люди воспринимают как постыдные.

Обучение навыкам (тренинг навыков).

Различие между поведенческими и познавательными навыками является

неопределенным. Всегда, когда консультанты помогают клиентам развивать

поведенческие навыки (например, ассертивность и навыки общения), они

обучают клиентов когнитивно рассматривать имеющиеся у них иррациональные

убеждения и производные самодекларации. Иногда консультанты рекомендуют

клиентам стремиться к получению дополнительного опыта, необходимого для

приобретения соответствующих навыков.

Что же касается общей картины то совершенно понятно, что эти три группы

техник работают вместе неразрывно, дополняя друг друга. Просто при подходе

к каждому клиенту определяется, и в ход первоначально пускается та техника,

которая более приемлема для данного клиента.

Третий момент, который нужен для сближения теорий - это возможность

внесения корректив. Самым ярким и отражающим этот момент может послужить

пример Альберта Эллиса, который в 1955 году разработал новый подход и

назвал его рациональной терапией (РТ). В 1961 году он изменил название на

рационально-эмотивную терапию (РЭТ). В 1993 году Эллис ещё раз изменил

название рационально-эмотивно поведенческую терапию (РЭПТ). Эллис ввёл

слово "поведенческий" в название своего подхода ради точности. С самого

начала большое внимание уделялось поведению наряду с познавательной

способностью и эмоцией. Эллис пишет: "Итак, для того чтобы исправить

совершённые мною в прошлом ошибки и отразить самую суть, я теперь буду

называть свой подход рационально-эмотивно-поведенческой терапией".

[1,310c.] Может это пример не совсем отражает третий аспект, и можно

предположить, что меняется только названия, но как заявляет сам автор, что

за этим изменением стоит не только уточнение в названии, а глубокий

пересмотр всей теории.

Случай из практики.

Описание приводимого здесь случая, заимствованно у Эллиса

(Ellis,1989), помимо анамнестических данных и сведений о проведённом

лечении, включает также протокол первой беседы терапевта с пациенткой. Этот

протокол, снабжённый комментариями Эллиса, представляет значительный

интерес, поскольку отражает процесс РЭТ, некоторые её механизмы, а также

стиль работы РЭТ-терапевта.

Отношение между пациентом и терапевтом в РЭТ отличается от такового

при других видах терапии. РЭТ-терапевт очень активен, без колебаний

высказывает свою точку зрения, отвечает на прямые вопросы о своей личной

жизни, много говорит, особенно на первых занятиях, и очень энергичен и

часто директивен при групповой терапии. В то же время он много объясняет,

интерпретирует и «читает лекции». Он может позволить себе быть не слишком

мягким по отношению к некоторым пациентам и может легко работать с

пациентами, которые ему не нравятся.

Итак, речь идет о 25-летней одинокой женщине, начальнике отдела

компьютерного программирования. Данные из ее медицинской карточки:

неспособность контролировать эмоции; сильное чувство вины, неуверенности и

неполноценности; постоянная депрессия; конфликт между внутренним и внешним

«Я»; переедание; употребление спиртного: прием диетических таблеток.

Ее мать умерла, когда девочке было два года, поэтому она воспитывалась

любящим, но строгим и несколько отстраненным отцом и тиранической бабушкой

со стороны отца. Она хорошо училась в школе, но у нее было мало друзей.

Хотя она была довольно привлекательной, она всегда стыдилась своего тела.

Редко встречалась с молодыми людьми и в основном была занята своей работой.

В 25 лет она стала начальником отдела в своей фирме. Она отличалась

напряженной сексуальностью и несколько раз в неделю занималась

мастурбацией, но половая связь с мужчиной у нее была только один раз — и то

в состоянии алкогольного опьянения. Со студенческих лет она много ела и

выпивала. Три года лечилась у психоаналитика, но это ей не помогло. В

результате она разочаровалась в психотерапии и пришла на прием к терапевту

только по настоянию своего шефа, который очень ценил ее и не хотел больше

мириться с ее пьянством.

Первая беседа

Т-1: Итак, с чего вы хотите начать?

П-1: Я не знаю. Я словно окаменела.

Т-2: Окаменела? Отчего?

П-2: От вас! Вы пугаете меня!

Т-3: Как так? Что я делаю? Чем именно я вас пугаю?

П-3: Наверное, я боюсь того, что могу узнать о самой себе.

Т-4: Ну хорошо, предположим, что вы открываете что-то страшное в себе:

что вы по-глупому ведете себя или что-нибудь другое. Почему это будет

ужасным?

П-4: Потому что я — самое главное для себя сейчас.

Т-5: Нет, я не думаю, что это так. Как раз наоборот — вы на самом деле

самое ничтожное для себя. Вы готовы оттаскать себя за волосы, если я скажу,

что вы поступаете глупо. Если бы вы не были самообвинителем, вас бы не

заботило то, что я скажу. А так, если я скажу что-нибудь негативное о вас,

вы начнете бить себя немилосердно, не так ли?

П-5: Да, я так делаю.

Т-6: Хорошо. Вы боитесь на самом деле не меня — вы боитесь собственной

критики.

П-6 (вздыхает): Хорошо.

Т-7: Итак, зачем вам нужно критиковать себя? Допустим, я считаю, что

вы — самый плохой человек, которого я когда-либо встречал. Тогда почему вы

должны критиковать себя?

П-7 (пауза): Так надо. Я всегда так делаю. Мне кажется, что я просто

дерьмо.

Т-8: Но ведь это не так! Если вы не умеете ходить на лыжах или

плавать, вы можете научиться этому. Так же можно научиться не обвинять

себя, независимо от того, что вы делаете.

П-8: Я не знаю.

Т-9: Вы не знаете как.

П-9: Возможно.

Т-10: У меня впечатление, что вы говорите: «Я должна ругать себя, если

я что-то делаю не так». Не от этого ли возникает ваша депрессия?

П-10: Да, я думаю, что это так (молчание).

Т-11: Что угнетает вас сейчас больше всего?

П-11: Я не могу точно сказать. Я хочу все изменить. Меня все угнетает.

Т-12: Приведите несколько примеров.

П-12: Из-за чего у меня депрессия? У меня нет цели в жизни. Я не знаю,

кто я. Не знаю, куда я иду.

Т-13: Тогда это означает, что вы не сведущи! (Пациентка кивает.) Ну, а

что же страшного в этом? Очень плохо, что вы не сведущи. Было бы лучше,

если бы вы были сведущи — если бы у вас была цель и вы бы знали, куда

идете. Но давайте предположим худшее: до конца жизни у вас нет цели. Почему

же вы от этого будете плохой?

П-13: Потому что каждый должен иметь цель.

Т-14: Кто вам сказал, что «должен»?

П-14: Потому что я верю в это. (Молчание.)

Т-15: Я знаю. Но подумайте немного об этом. Вы же умная женщина.

Откуда появилось это «должен»?

П-15: Я не знаю. Мне сейчас трудно соображать. Я очень нервничаю!

Извините.

Т-16: Да, но вы можете соображать. Разве сейчас вы не говорите про

себя: «О, это безнадежно! Я не могу сообразить. Какое я дерьмо, раз я не

могу сообразить!»? Видите: вы вините себя за это.

П-16-П-26. Пациентка расстраивается из-за того, что она реагирует

недостаточно хорошо, но терапевт показывает ей, что это не столь важно, и

успокаивает ее.

П-27: Я не могу представить, что можно жить без цели!

Т-28: Но огромное большинство людей живут без цели!

П-28 (зло): Ну и отлично! Значит, и я смогу обойтись без этого!

Т-29: Нет, минуточку! Вы шарахнулись из одной крайности в другую. Вы

высказали одну здоровую мысль и одну нездоровую. Теперь, если

бы вы смогли различить эти две мысли — а вы в состоянии это сделать, —

то вы решили бы проблему. То, что вы на самом деле имеете в виду, звучит

так: «Было бы лучше, если бы у меня была цель, потому что я была бы

счастливее». Не так ли? П-29: Да.

Т-30: Но затем вы магически перепрыгнули к «следовательно, я должна!»

Теперь вы видите разницу между «было бы лучше, если бы у меня была цель» и

«я должна, я обязана, мне следует»? П-30: Да, вижу.

Т-31: В чем же тогда разница?

П-31 (смеется): Я это сказала просто для того, чтобы согласиться с

вами.

Т-32: Так будет мало пользы. Если вы будете соглашаться со мной, то вы

уйдете от меня с тем, с чем пришли! П-32: (понимающе улыбается).

Т-33: Вы способны думать. Пора прекратить отступать, отказываться

думать — ведь это то, что вы делали на протяжении жизни, поэтому вы и

больны. Давайте снова вернемся к этому: «Было бы лучше, если бы у меня была

цель в жизни». Мы могли бы обосновать, почему это было бы лучше. Это

слишком очевидно. А теперь, почему заявление «Я должна делать то, что было

бы лучше» является магическим? П-33: Вы имеете в виду, почему я так

чувствую? Т-34: Нет, нет. Это убеждение. Вы чувствуете так потому, что вы

убеждены в этом. П-34: Да.

Т-35: Если бы вы были убеждены в том, что вы — кенгуру, то вы прыгали

бы и чувствовали как кенгуру. Чувства приходят от ваших убеждений. Теперь я

временно забываю о ваших чувствах, потому что мы не можем изменить чувства,

не изменив сначала ваши убеждения. Итак, я стараюсь показать вам: у вас два

убеждения; одно — «было бы лучше, если бы у меня была цель в жизни». Вы

согласны? (Пациентка кивает.) И это совершенно разумно. Мы можем доказать

это. Второе — «следовательно, я должна делать то, что было бы лучше». Итак,

мы имеем два различных заявления. Первое, как я сказал, — здоровое, потому

что мы можем доказать это. Оно имеет отношение к действительности. Мы можем

перечислить преимущества от обладания целью — для любого человека, не

только для вас. Но второе утверждение — безумное. Почему оно безумно?

П-36: Я не считаю его безумным. Т-37: Кто вам сказал, что вы должны? П-

37: Я не знаю, откуда это пошло! Кто-то сказал. Т-38: Кто бы это ни сказал,

он был пьян! П-38 (смеется): Отлично.

Т-40: Я вам скажу сейчас, что такое эмоциональное нарушение: вера в

«должен» вместо «было бы лучше». Представьте, вы говорите: «Я хотела бы,

чтобы у меня сейчас в кармане лежал доллар», а у вас было бы только

девяносто центов. Что бы вы чувствовали?

П-40: Я бы не слишком расстроилась.

Т-41: Да, вы были бы только чуточку разочарованы. Было бы лучше иметь

доллар. А теперь представьте, что вы говорите: «Я должна всегда иметь в

кармане доллар» и обнаруживаете, что у вас только девяносто центов. Как вы

теперь будете чувствовать себя?

П-41: Я была бы страшно расстроена, согласно вашей логике. Т-42: Но не

потому, что у вас только девяносто центов. П-42: А потому что я думаю, что

я должна иметь доллар. Т-43: Правильно! Должна. Давайте продвинемся еще на

один шаг. Представьте, что вы говорите: «Я должна всегда иметь доллар в

кармане» и обнаруживаете, что у вас доллар и десять центов. Как вы теперь

будете чувствовать себя?

П-43: Думаю, что превосходно! Т-44: Нет, вы почувствуете тревогу!

П-44 (смеется): Вы имеете в виду, что у меня возникнет чувство вины:

«что мне делать с лишними деньгами»? Т-45: Нет.

П-45: Извините, я не улавливаю.

Т-46: Потому что вы не думаете! Подумайте, если вы говорите: «Я должна

иметь доллар», а у вас доллар и десять центов, будете ли вы тревожны? Любой

будет тревожен. А почему?

П-46: Потому что это нарушает их долженствование. Это нарушает их

правило, которое они считают правильным.

Т-47: Да, и это относится не только к настоящему. Они могут легко

потерять двадцать центов. И это будет их тревожить. Потому что «должен»

значит «все время я должен...».

П-47: Кажется, я понимаю теперь, что вы имеете в виду! Они могли , бы

потерять часть денег и поэтому постоянно чувствуют неуверенность. Т-48:

Вот! Тревога возникает из долженствования. П-48 (после долгого молчания):

Почему вы создаете такое напряжение в самом начале?

Т-49: Я думаю, что я этого не делаю. Я вижу сотни людей, и вы одна из

немногих, кто сам провоцирует в себе тревогу. Вы вносите свои

долженствования во все, включая эту ситуацию. Каждый раз, когда вы

испытываете тревогу, вы заменяете «было бы лучше» на «должен». В этом —

суть эмоционального нарушения! Очень просто. И теперь, почему я должен

тратить ваше время и говорить о вещах, не относящихся к делу?

П-49: Возможно, я лучше поняла бы ваши объяснения, если бы не

была так напряжена в самом начале.

Т-50: Но тогда, если я начну гладить вас по голове, вы до конца своей

жизни будете считать, что вас должны гладить по голове. В этом еще одно

долженствование. «Он должен поддерживать меня и объяснять, не торопясь, —

чтобы такое дерьмо, как я, успевало понимать. Но если он будет спешить и

заставлять меня думать, то, о ужас, — я сделаю ошибку!» Не верьте в это! Вы

в состоянии понимать то, о чем я говорю, если перестанете думать о

совершенстве выполнения. «Я все должна

выполнять совершенно» — вот о чем вы постоянно думаете, сидя здесь. С

какой стати вы должны любое дело выполнять в совершенстве? П-50: Я не люблю

казаться бестолковой!

Т-51: Нет, дело не в этом. Сейчас вы обманываете саму себя. Потому что

опять вы сказали одну здоровую мысль и одну нездоровую. Здоровая: «Я не

люблю казаться бестолковой, потому что лучше быть сообразительной». Но

затем вы сразу перепрыгнули к нездоровой мысли: «Ужасно, если я оказываюсь

бестолковой, — я должна быть сообразительной».

П-51 (убежденно): Да.

Т-52: Тот же самый вздор! Всегда одно и то же! Если вы заметите в себе

этот вздор и перестанете твердить: «О, какая же я бестолковая! Он презирает

меня! Лучше мне умереть!», тогда вам сразу станет лучше.

П-52 (смеется): Вы как будто бы слышите эти глупые мысли в моей

голове.

Т-53: Совершенно верно! У вас должны быть эти мысли, потому что у меня

есть хорошая теория. И согласно моей теории эти сумасшедшие мысли

предшествуют эмоциональным расстройствам.

П-53: У меня не было ни малейшего представления о том, чем вызвано мое

расстройство.

Т-54: Нет, у вас было представление. Я только что говорил вам. П-54:

Да, да, я знаю!

Т-55: Так в чем же причина вашего расстройства? Скажите мне. П-55: Я

расстроена потому, что... Роль, в которой я себя представляла, когда пришла

сюда (смеется почти весело), и что я должна буду делать... И благодаря вам

все это рухнуло. И мне это не нравится.

Т-56: «И разве не ужасно, что я не смогла показать себя! Если бы я

давала ему быстрые и правильные ответы, он бы просиял от счастья и сказал:

«Какая сообразительная женщина!», и тогда все было бы хорошо».

П-56 (смеется, поняв юмор): Конечно!

Т-57: Дерьмо все это! Вы были бы такой же расстроенной, как и сейчас.

Это бы нисколько не помогло вам! Фактически вы стали бы еще более

рехнувшейся. Потому что вы ушли бы отсюда с той же самой философией, с

которой и пришли сюда: «Когда я делаю что-нибудь хорошо и люди гладят меня

по голове и говорят, какая я замечательная женщина, тогда все прекрасно!»

Это глупая философия! Потому что, если, допустим, я безумно полюбил вас,

следующий человек, с которым вы будете разговаривать, может возненавидеть

вас. Хотя бы потому, что я люблю карие глаза, а он — голубые. И тогда вам

конец, потому что вы думаете: «Меня должны принимать! Я должна быть

сообразительной!» С какой стати?

П-57 (спокойно и рассудительно): Верно. Т-58: Теперь понятно? П-58:

Да.

Т-59: Если вы запомните этот урок, наша встреча будет весьма полезной

для вас. Потому что вы не должны расстраивать себя. Как я

сказал прежде, если я думаю, что вы последнее дерьмо на свете, то это

— мое мнение, и я имею право на него. Но превращает ли это вас в кусок

дерьма?

П-59 (задумывается). Т-60: Превращает? П-60: Нет.

Т-61: А что же превращает вас в дерьмо? П-61: Мысли о том, что вы так

думаете обо мне. Т-62: Вот именно! Ваше убеждение в том, что вы дерьмо. Но

вам не нужно верить в это. Я контролирую мои мысли — мое убеждение

относительно вас. Но это не должно отражаться на вас. Вы всегда

контролируете то, что вы думаете. Но вы полагаете, что это не так. Давайте

вернемся к депрессии. Депрессия, как я уже говорил, происходит из

самобичевания. За что вы бичуете себя?

П-62: Потому что я не могу жить в согласии... есть конфликт в том, что

люди, по-видимому, думают обо мне, и тем, что я думаю о себе. Т-63:

Правильно.

П-63: И, видимо, не стоит винить в этом других людей. Возможно, я

претендую на роль лидера. Но, между прочим, я чувствую как раз сейчас, что

всю жизнь я принуждала себя быть не тем, кто я есть, и чем старше я

становлюсь, тем труднее мне сохранять этот фасад, эту внешность...

облицовка становится все тоньше и тоньше, и я уже больше не справляюсь с

этим.

Т-64: Да, но... Боюсь, что вы не совсем правы. Потому что, как это ни

странно, происходит как раз обратное. Вы верите в то, что роль лидера — это

ваша роль. Правильно? П-64: Да.

Т-65: И они думают, что вы выполняете ее? П-65: Обычно да. Т-66:

Выходит, что они правы.

П-66: Да, но мне приходится тратить все больше сил. Т-67: Потому что

вы ничем другим не занимаетесь. Ведь вы отвечаете их ожиданиям в отношении

себя. Они не считали бы вас лидером, если бы вы не вели себя как лидер.

Следовательно, вы отвечаете их ожиданиям, но вы не отвечаете вашим

идеалистическим и непрактическим ожиданиям в отношении лидерства. П-67

(почти плача): Думаю, что нет.

Т-68: Видите ли, это спорный вопрос. С их точки зрения, у вас с

работой все в порядке. Но вы ведь не ангел, вы не совершенство. Но вы

должны им быть, чтобы стать настоящим лидером. Следовательно, вы не

настоящий лидер, а бутафория. Понимаете? Теперь, если вы откажетесь от

своих безумных ожиданий и вернетесь к ожиданиям других, вам не придется

беспокоиться. Потому что с их точки зрения вы делаете все как надо и

отвечаете их ожиданиям. Вы думаете про себя: «Я должна быть настоящим

лидером в собственных глазах, быть совершенной. Если я и удовлетворяю

других, но знаю при этом, что сделала какое-то дело хуже, чем я должна была

сделать, тогда я дрянь. Потому

что я только притворяюсь перед ними, что я не дрянь, а на самом деле —

дрянь!»

П-68 (смеется, затем серьезно): Верно!

Т-69: Но это все — из-за ваших глупых ожиданий, а вовсе не из-за

других людей. И что странно, вы, несмотря на разные препятствия —

депрессию, самобичевание и т. д., — удивительно хорошо справляетесь на

работе. Представьте, каких успехов вы могли бы достичь без этих дурацких

препятствий! Поймите, вы удовлетворяете их, но тратите много времени и

энергии, бичуя себя. Вообразите, сколько бы вы успели сделать без

самобичевания! Понятно это?

П-69 (с убежденностью): Да!

Комментарий.

Невзирая на то, какие чувства выражает пациентка, терапевт пытается

подвести ее к иррациональным мыслям, которые лежат в основе этих чувств,

прежде всего к ее катастрофическим мыслям о том, что будет ужасным, если

кто-нибудь, включая терапевта, не будет любить ее.

Терапевт без колебаний противоречит пациентке, приводя доказательства

из ее собственной жизни или из своего знания людей.

Обычно терапевт опережает пациентку на один шаг, например, говорит ей,

что она самообвинитель, еще до того, как она сама назвала себя так.

Опираясь на теорию РЭТ, согласно которой ее мышлением управляют

долженствования, когда она испытывает тревогу, депрессию или чувство вины,

он заставляет ее принять эти долженствования, а затем "атакует" их (Т-14, Т-

15).

Терапевт использует философский подход. "Предположим, - говорит он по

своему обыкновению, - что произошло самое плохое и вы на самом деле

поступили плохо и другие презирают вас; будете ли вы, тем не менее, плохой?

(Т-13). Он полагает, что если он сможет убедить ее в том, что никакое ее

поведение, каким бы отвратительным оно ни было, не порочит ее, то он

поможет ей достигнуть глубокого личностного изменения.

Ее стресс не смущает его (П-15), он едва ли сочувствует ей, но

использует ее чувства, чтобы показать ей, что и сейчас она продолжает

верить в глупые мысли и тем самым расстраивает себя. Терапевт не занимается

анализом ее "трансферентных" чувств. Он интерпретирует мысли, которые стоят

за ее чувствами, показывает, почему эти мысли являются самопоражающими. Он

показывает также, почему его сочувствие могло бы только подкрепить, а не

изменить, ее "философию требований".

Терапевт довольно суров с пациенткой, но он также показывает полное ее

принятие и демонстрирует веру в ее способности, настаивая на том, что она

может лучше думать и вести себя, если прекратит ругать себя (Т-20, Т-33).

Он не просто говорит ей о том, что ее мысли иррациональны, он

стремится к тому, чтобы она сама увидела это. Иногда он объясняет некоторые

психологические процессы, например, что ее чувства рождаются из ее мышления

(Т-35, Т-62).

Он намеренно пользуется сильными выражениями (Т-16, Т-50, Г-52, Т-57,

Т-59). Это делается, во-первых, для того, чтобы раскрепощать пациентку, во-

вторых, для того, чтобы показать, что хотя он и является специалистом, он

тоже приземленное существо, и в-третьих, для воздействия на нее

эмоциональным шоком, чтобы его слова произвели более драматичный эффект.

Заметьте, что в этом случае пациентка первая называет себя "дерьмом" (П-7).

Хотя терапевт не сочувственно относится к мыслям пациентки, он на

самом деле очень эмпатичен, так как внимательно прислушивается к тому, что

она, вероятно, говорит про себя. В этом смысле РЭТ-терапевты очень

эмпатичны. Терапевт сосредоточивается на невербализованных понятиях

пациентки (ее негативных мыслях о себе и о мире), а не на внешних чувствах

(на ее восприятии, что она плохо выполняет что-либо или что другие обижают

ее).

Терапевт постоянно проверяет, правильно ли пациентка понимает то, чему

он ее учит (Т-59, Т-61), и может ли она повторить это своими словами.

Лечение.

Когнитивный аспект. Пациентке неоднократно показывали ее центральную

проблему: она искренне верила, что должна быть почти совершенной и не

должна получать критику от значимых других. Ее настойчиво учили

воздерживаться от оценки своего «Я», а оценивать только исполнение; ее

учили не презирать себя, даже если она не избавится от переедания,

компульсивного пьянства и других своих симптомов; ее учили понимать, что

было бы весьма желательным, но не обязательным, чтобы у нее были интимные

отношения с мужчиной и, она получала одобрение от сверстников и начальников

на работе; ее учили принять себя со своей враждебностью и затем отказаться

от своих детских требований к другим, невыполнение которых и являлось

причиной ее враждебности к ним.

Эмоциональный аспект. Пациентка была полностью принята терапевтом как

личность, хотя он и с жаром набрасывался на многие ее идеи и иногда с

юмором доводил их до абсурда. Некоторые члены группы вступали с ней в

резкую конфронтацию: они выговаривали ей, за осуждение других членов группы

за их глупость и отлынивание от работы, и ей помогли установить связи с

этими людьми, несмотря на их недостатки. Терапевт и некоторые члены группы

в разговоре с ней использовали крепкие выражения, которые ей поначалу не

нравились, но которые позднее она понемногу стала употреблять сама. Во

время тренингов она смогла, впервые в своей жизни, по-настоящему

эмоционально увлечься мужчиной, который до этого времени был совершенно

чужим для нее, и это показало ей, что она может позволить себе сломать

барьеры, преграждающие путь к интимности и любви.

Поведенческий аспект. Пациентка получала домашние задания, которые

включали в себя разговоры с привлекательными мужчинами в общественных

местах, что давало ей возможность преодолеть страх отвержения. Ее научили

держать долгосрочную диету, награждая себя только приятными переживаниями

(такими, как прослушивание классической музыки) после нескольких часов

воздержания. С помощью ролевой игры с терапевтом и другими членами группы

она прошла тренинг утвердительного поведения.

Заключение.

В этой курсовой работе я отразил свой собственный взгляд на проблему

интеграции в современной психологии. Многие люди могут не согласиться с

тем, что было представлено здесь, но я надеюсь, что они если не согласились

с моей точкой зрения, то хотя бы задумались над этой проблемой.

Современная наука движется в направлении расщепления, на различные

дисциплины, с каждым годом всё больше и больше, и это возможно и

положительно. Психология как наука в этом плане "впереди планеты всей".

В своей следующей курсовой работе я продолжу тему интеграции, и опять

на примере РЭПТ Альберта Эллиса, но попытаюсь зайти с другой стороны. Если

эта курсовая работа смотрела больше на РЭПТ со стороны поведенческого и

когнитивного направлений, дальше я попытаюсь посмотреть на проблему

интеграции через динамическую и гуманистическую призму психологии.

И напоследок, хотелось бы отметить, что в современной России такое

молодое направление, как РЭПТ только набирает свои обороты, и как следствие

существует очень маленькое количество литературы. Я надеюсь, что с каждым

годом количество литературы увеличиться и эта теория займет достойное место

среди других в нашей стране.

Литература:

1. Александров А.А. Личностно-ориентированные методы психотерапии - СПб.:

Речь, 2000. -240с.

2. Карвасарский Б.Д. Психотерапия - СПб.: Питер, 1999. - 464с.

3. Нельсон-Джоунс Р. Теория и практика консультирования - СПб.: Питер,

2001. - 464с

4. Уолен С., ДиГусепп Р., Уэсслер Р. Рационально-эмотивная психотерапия -

Москва: Институт Гуманитарных Знаний, 1997 - 257с.

5. Эволюция психотерапии. Том 2. "Осень патриархов" - Москва: "Класс" ,

1998. - 416с.

Страницы: 1, 2


© 2010 БИБЛИОТЕКА РЕФЕРАТЫ